Впрочем, сегодня я слишком устал, чтобы задумываться ещё и над этим. Положив голову, я сразу же провалился в сон.
Глава 8 Портовые крысы
– Адэр, вставай. – Разбудил меня голос Элии.
Как выяснилось, проснулся я последним, все остальные уже сидели вокруг горящего фонаря и с интересом его разглядывали. Перекусив остатками вчерашнего хлеба, обитатели заброшенного храма начали разбредаться по своим обычным делам, а мы с Ринконом и Элией отправились на рынок.
– Думаю, если мы собираемся закупить еды на все эти деньги, то стоило позвать с собой остальных, мы втроём всё не унесём. – Заметил я, обратившись к Ринкону.
– Нет, у нас много других покупок, нам не помешает новое огниво, может даже два, ведро прохудилось, так что половина воды выливается, масло, фитили, да долго перечислять. – Тут он окинул взглядом меня с Элией. – Да и вам не помешает купить какие-нибудь башмаки или вроде того, а тебе, Адэр, ещё и пояс.
– Что ты, зачем так тратиться на нас? – Мне стало неловко.
– Адэр, если бы не ты, то мы бы этих денег вообще не видели. – Резонно заметил Ринкон.
– Ещё, нам нужна игла и нить. – Заявила Элия, тоном, который не предполагал никаких возражений. – Сколько вы ещё будете в рваном ходить? Да и стираться вам бы не мешало, хоть время от времени.
Мы с Ринконом и не стали спорить, только чуть смущённо переглянулись.
Как ни странно, но, первым делом, глава шайки повёл нас не на рыночную площадь, а за южные городские ворота. Как оказалось, именно там, неподалёку от рыболовецкого и квартала оскуров, располагался пустырь, куда стекались жители со всего горда, желающие купить или продать подержанные товары. Ринкон также нам объяснил, что многие мелкие городские воришки любили сбывать здесь краденное. Правда, ему самому, да и остальным портовым крысам, это редко удавалось, никто не хотел иметь дела с беспризорниками.
Однако, сейчас мы ничего не продавали, а только тратили. Вскоре, у Элии на ногах уже красовались почти не ношенные сандалии-калиги из сыромятной кожи, а мне достались, из того же материала, бесформенные башмаки-поршни с утолщённой мягкой подошвой, они были мне немного великоваты, но зато без дырок. И, несмотря на мои слабые протесты, мне купили поношенный пояс, всё же мужчине, пусть и столь юному, без этой вещи некуда. Ну а потом, к поясу добавились ножик, с крюком для ношения, и небольшой джутовый мешочек.
Ну а после того, как закупились всем необходимым, покупки сложили в почти новенькое ведро и доверили нести его мне. Похоже, мои новые друзья, теперь воспринимали меня, в первую очередь, как силача. Хотя, я действительно казался крупнее остальных, так что не жаловался. Теперь Ринкон повёл нас уже на рыночную площадь.
Мы неспешно прогуливались вдоль рядов с разнообразной снедью, лавочники косились на нас, но когда видели деньги, то становились мене подозрительными. Вскоре, мы все трое уже были загружены доверху, Ринкон и Элия, похоже, собирались устроить настоящий пир. Я старался не подавать виду, что мне уже становиться тяжело унести все эти джутовые мешочки с крупами и бобами.
– Зайдём по пути ещё в одно место. – Предложил Ринкон, не став ничего уточнять.
У самого выхода с рыночной площади он повёл нас к пекарне, я поначалу решил, что он хочет купить ещё и хлеба.
– Три медовые булочки. – Сказал наш лидер пекарю, выложив горсть медных монет. – Вы поставьте пока здесь вещи, передохнём. – Обратился он уже к нам с Элией. – Я бы взял больше, для остальных, но у нас и так руки заняты. – Произнёс Ринкон извиняющимся тоном.
Мы все сгрузили свою ношу у стены пекарни, хозяин лавки покосился на нас, но ничего не сказал. Южное осеннее солнце по приятному согревало нас, но при этом не было ни зноя, ни жары. Мы втроём весело болтали, переводя дух и ожидая своего заказа. Как ни странно, но сейчас я пребывал в удивительно благостном расположении духа, никто бы не поверил, что только позавчера жизнь моя круто переменилась, что я лишился родителей и стал бездомным бродяжкой. Элия тоже не выглядела подавленной.
– Ну надо же, похоже pipinna Ринкон у нас разбогател? – Раздался грубый, насмешливый голос позади.
Ринкон тут же переменился в лице, затем повернулся к говорившему, хотя, судя по всему, явно этого не хотел.
– Привет, Маниферро. – Произнёс он, не поднимая глаз.