Терри послал ей воздушный поцелуй и пошел к двери, а Дафна вдогонку крикнула:
— Скажи той, другой девчонке…
— Какой другой девчонке?.. — Терри по-прежнему был настороже.
— Да ладно, ладно. Скажи ей, что она молодец. Глаз у тебя — полный блеск.
Дафна повернулась и исчезла. Терри направился к выходу под шуточки коллег-таксистов. Сел в машину и включил мобильник:
— Лен, мы снова в деле.
— Молодец, Терри. Мы с Эйнштейном прямо сейчас выезжаем в Сити. Увидимся в пять, за чаем на Грешам-стрит.
Джулия терялась в догадках. Чем больше она размышляла, тем более странным казался ей крах финансирования «Фернивал». Она понятия не имела о внутренних процессах в Цюрихском банке и о причине их отказа от сделки. Но точно знала, что эта операция была вполне осуществима и, если бы Роско хорошенько постарался, он мог бы что-то спасти.
Самым странным в этой истории была реакция Маркуса Форда и Грейс. Маркус вернулся в пятницу под вечер. Джулия ожидала, что увидит его пьяным, и думала сразу же уйти. Он был спокоен, а вовсе не взволнован. Она подошла к нему и спросила, как он себя чувствует, а в ответ услышала какую-то философскую чепуху насчет неприятностей, полезных для души.
С Грейс было по-другому. Впервые услышав о срыве сделки, она была безутешна. Проделать прорву работы, вечер за вечером — и на тебе, нет, это уже слишком. Джулия пригласила ее выпить кофе и постаралась успокоить. Грейс действительно взяла себя в руки, особенно когда кто-то позвонил ей и пригласил на вечер. Она просидела в офисе еще час и ушла до приезда Маркуса.
Джулия пыталась связаться с ней, но все звонки остались без ответа. Может, Грейс в субботу уехала в Йоркшир зализывать раны возле уютного родительского очага? Но сколь бы сильнодействующим ни был этот бальзам, Джулия не сомневалась, что в понедельник Грейс будет по-прежнему как с похмелья — в прямом и в переносном смысле.
Похоже, так оно и было, по крайней мере в понедельник утром. Однако днем все изменилось. Если кто-то пытался урезонить ее, то он добился успеха. Видимо, она получила новое задание, и теперь ей было не до выпивки, поэтому Джулия уговорила ее пойти в «Шипшейп», оздоровительный клуб в Холборне, где Грейс была постоянным членом. Они договорились на завтра, на семь утра.
Встретились они у стойки администратора. Светловолосый бог, откликавшийся на имя Марти, подал Грейс раскрытый журнал, чтобы та записала их обеих, и дал Джулии пачку брошюр и бланки заявлений. Марти из кожи лез, многозначительно поглядывая на Грейс и одновременно пытаясь произвести впечатление на Джулию. Девушки переоделись в раздевалке, прошли в зал и уселись на соседние велотренажеры. Вскоре выяснилось, что Грейс куда в лучшей форме. Джулия здорово запыхалась.
— Что это с Марти? — наконец спросила она. — Он глаз с тебя не спускает.
Грейс скривилась.
— Не води с ним дружбу, он с заскоками.
— А ты… водила с ним дружбу?
— Как-то выпила с ним чашечку кофе, не больше. Я думала, что увлекла его, в обычном смысле. Как только мы сели, он завел разговор о сексе… — Она глянула по сторонам, убедилась, что никто не подслушивает. — Извращенец. Наручники, черная кожа, плеть…
— А тебя это заводит?
— Наоборот. Это сразу же меня отпугнуло, а когда я отказалась с ним встречаться, он стал писать мне странные письма.
— Куда? В «Скиддер»?
— Нет, слава Богу. Если б моя секретарша вскрыла хоть одно, весь банк через десять минут был бы в курсе. Мой домашний адрес он узнал из клубного журнала.
— Что же ты сделала?
— Первые несколько писем оставила без внимания. А поскольку они продолжали поступать, велела ему прекратить. Но через некоторое время он опять взялся за свое.
— Почему ты не заявила в полицию или не сменила клуб?
— А зачем мне менять клуб? Он лучший в Сити. Ну а заявлять в полицию — это чересчур. Марти, наверно, одинок. Он в Лондоне недавно, и друзей у него здесь нет. Кстати, на всякий случай я храню все его письма как улику… Внимание, он идет к нам.
Марти подошел к Грейс и что-то сказал, в ответ она сердито пожала плечами. Затем он стал как раз позади Джулии. Зная, что рядом извращенец, Джулия вздрогнула.
— У вас неправильная посадка, Джулия.
Ей стало не по себе оттого, что он запомнил ее имя.
— Выпрямите спину и сдвиньтесь чуть-чуть вперед.
Она судорожно попыталась выполнить команду.
— Нет, не так… Вот так… — Прежде чем она успела остановить его, он положил руки ей на ягодицы и сдвинул вперед. — Вот так гораздо лучше.