— Что ты ответил?
— Сказал, что подумаю. Попросил перезвонить через несколько минут. Как, по-твоему, ее не полицейские подослали?
— Да наверняка они. Иначе откуда она узнала твой номер? Небось, хотят, чтобы ты рассказал ей о Грейс, рассчитывают выяснить, не утаил ли ты чего от них.
— Значит, мне отказаться?
— Погоди. — Эйнштейн отложил мобильник и свернул на Гайд-Парк-Корнер, что заняло некоторое время и дало возможность подумать. — Конечно, безопаснее всего отказаться. Но, с другой стороны, она работает в «Скиддер», а нам необходимо выяснить, что там происходит. Если ты будешь настороже и не скажешь больше, чем сказал полиции, то опасности нет. Наоборот, сам можешь кое-что выудить у нее. Но будь осторожен. Вдруг у нее жучок, как в фильмах.
— Ладно. Пока, а то она, небось, уже звонит.
— Удачи тебе. Ой, Терри!
— Что, приятель?
— Учти, мозги работают лучше, когда штаны на тебе.
21
Надежды Джулии не оправдались. Полночь, они уже три с половиной часа бесцельно колесили по городу. Предложение перекусить он отверг. И вообще был не очень-то разговорчив, выглядел озабоченным и нервным. Она фактически приказала ему зайти вместе с ней в бар на Бромптон-Кросс, но и тогда он взял только фруктовый сок. Может, парень занял глухую оборону, поскольку она призналась, что нарочно искала его? Джулия не видела иного способа заставить его разговориться об убийстве. Однако ему, похоже, было нечего добавить к тому, о чем сообщали газеты. Она надеялась услышать, что он сомневается в виновности Марти, но он молчал. Каждый раз, когда она заводила об этом речь, он уходил от темы убийства, съезжая на банальности вроде жизни в «Скиддер». Может, зря она не сказала, что уже там не работает? Может, надо было объяснить, почему ее уволили, и он бы раскрылся?
А вдруг он предупредил полицию о ее звонке? Оттого и просил у нее время подумать? Может, они велели ему согласиться на встречу, но держать язык за зубами? Может, хотят выяснить ее намерения и потому велели парню расспрашивать о «Скиддер»? Глядишь, и жучок ему нацепили для записи разговора, как в кино. Лучше соблюдать осторожность, а главное — не называть имен. Стоит ей высказать малейшие подозрения насчет Роско, полиция сообщит ему, а через час ее обнаженное тело станет достоянием Интернета.
Что же делать? Продолжать эти бесцельные и дорогие разъезды по Лондону нет смысла. Джулия велела ехать домой и всю дорогу молчала. Терри обернулся.
— Приехали, милая. Сто фунтов, как договорились.
— Конечно. — Она порылась в сумочке и вынула шесть двадцатифунтовых банкнотов. — Спасибо. Вы не окажете мне услугу?.. В последнее время здесь произошло несколько краж со взломом. Я очень боюсь, особенно после убийства. Вы не подниметесь со мной в квартиру на всякий случай, а?
Терри колебался — стоит ли? Он ничего не выяснил, но и сам не раскололся. Девчонка, безусловно, сексапильная, а он не мог положиться на себя, когда оказывался в доме наедине с этакой милашкой. С другой стороны, она такая аристократичная, высший класс, маловероятно, что он рискнет залезть к ней под юбку. Он припарковался, запер такси и поднялся наверх по двум лестничным маршам.
Никогда ему не доводилось бывать в таких хоромах. Не то чтобы квартира была большая, но отделка! Изыск, конечно, на девичий манер, сплошь нежные краски и мягкое освещение. Пахнет тоже приятно, как и от нее самой. Едва они вошли, она объявила, что приготовит кофе, и исчезла на кухне. Терри меж тем зашел в туалет, а потом уселся в удобное кресло.
Может, подыскать какой-нибудь предлог и уйти поскорее? Вообще-то удирать неохота. Здесь так хорошо. Пока он настороже, как говорил Эйнштейн, от кофе наверняка вреда не будет.
Джулия принесла кофе, положила ему три ложечки сахара. Затем взяла свою чашку, черный кофе без сахара, и устроилась рядом на ковре. Потягивая кофе, она робко поглядывала на Терри. И он невольно почувствовал что-то вроде… ну, в общем, понятно.
— Терри? Ничего, если я буду звать вас по имени? Я была не вполне откровенна. Я больше не работаю в «Скиддер».
— Что? — Если б Терри не сидел, у него бы подкосились ноги.
— Меня выгнали на этой неделе.
— За что, черт побери?
— За вопросы о Грейс.
Терри поперхнулся и пролил кофе на ковер.
— Вот хреновина… Простите.
— Ничего страшного. — Она сбегала за тряпкой. — Вот, никаких следов… Понимаете, в тот день, когда Грейс умерла, она сказала мне, что кое-что на работе тревожит ее. Я сообщила в полицию, а за это меня уволили.