Оба повесили трубку. В Лондоне Чарлз Бартон вызвал к себе начальника отдела по связям с прессой, чтобы разработать план ограничения ущерба. И только потом позвонил удивленному Майерсу и сказал, что не будет возражать против их ухода. В Цюрихе Эрнст Лаутеншюц подождал, пока повестка дня будет исчерпана, и объявил о благоприятном развитии событий. Огласка денежных потерь и утечки кадров наверняка снизит цену «Скиддер» и к Рождеству подорвет упорство семьи Бартон. Время для удара выбрано идеально.
Джулия прогнала Терри в постель и еще часа два училась ходить. После нескольких бокальчиков вина стало получаться естественнее. Впрочем, у нее есть время довести походку до совершенства. А сейчас надо побеспокоиться о других вещах.
После двух она тихонько юркнула к Терри в постель. Он повернулся к ней, легонько ткнул в грудь, улегся на другой бок и безмятежно захрапел. Завтрашний день его будто и не тревожил, хотя ему ведь не придется взламывать дверь и лезть в квартиру, он будет только за рулем такси. Джулия лежала с открытыми глазами и беспокойно размышляла. А вдруг, когда они выйдут, дом будет окружен полицией? Или Майк растерял сноровку? Или их запечатлеет видеокамера в подъезде? Спасут ли ее темные очки и парик? Она все больше нервничала, но в конце концов забылась тяжелым сном.
Хорошо хоть, что не надо вставать спозаранку, Надо, чтобы Роско наверняка выехал в офис, поэтому они решили подождать до десяти.
Майк приехал в девять, и за чашкой чая они еще раз обсудили план. Терри насчет плана не слишком волновался, он думал о другом.
— Джул, раз уж мы с Майком рискуем свободой, нам бы нехудо знать, зачем тебе так нужны эти бумаги.
Джулия прихлебывала чай, не говоря ни слова. Терри уже который день приставал к ней с этим и был весьма близок к отгадке.
— Небось любовные письма, непристойные любовные письма. А может, фотографии. В голом виде. Как думаешь, Майки?
Майк дружелюбно осклабился:
— Мне без разницы.
— Если это фотокарточки, можно бы употребить их вместо рождественских открыток, а, Джул?
Джулия посмотрела на часы:
— Не пора ли нам ехать?
Время пока не подошло, и она еще двадцать минут терпела насмешки.
Терри высадил их в сотне ярдов от дома, кивнув на боковую улочку, где будет их ждать. Когда они зашагали к красивому, украшенному лепниной зданию, Джулия искоса взглянула на Майка. Усилия надлежащим образом одеть его успехом не увенчались. В галстуке он явно чувствовал себя как висельник с петлей на шее, тесный воротник тоже мешал, и он поминутно дергал за него, словно мальчишка в первый школьный день. Джулия молила Бога, чтобы консьерж не слишком внимательно разглядывал ее «помощника».
Полчаса назад она позвонила совершенно наудачу, представилась секретаршей мистера Селларса и сообщила консьержу, что квартиру мистера Селларса посетят художник по интерьеру Люсинда Найтингейл и ее ассистент. Когда консьерж принялся твердить, что впустит их только по прямому указанию мистера Селларса, Джулия небрежно заверила, что у мисс Найтингейл есть запасные ключи. Говоря это, она с сомнением покосилась на старые кредитные карточки и острые металлические штыри, которые Майк рядком разложил на кухонном столе.
Когда они поднимались по лестнице, сердце у Джулии бешено колотилось. Майк, напротив, выглядел вполне безмятежно. Первой идет она, заговаривает зубы консьержу. Очки были до того темные, что она не разобрала, мелькнуло ли в его глазах подозрение. Вдруг их ждет ловушка? Вдруг он перезвонил Селларсу в банк для проверки? Но сейчас уже поздно думать об этом, консьерж показал им на хлипкий старый лифт.
На пятом этаже они прошли по широкому коридору, отыскали нужную квартиру и позвонили в медный колокольчик. Если там уборщица, все пропало.
Никто не отозвался. Они огляделись по сторонам. Джулия кивнула Майку, тот вытащил один из инструментов и стал поворачивать его в замочной скважине. Десять, пятнадцать, двадцать пять секунд. Не получилось. Он попробовал другую отмычку. Ну, давай. Опять ничего. Потом послышался щелчок, и первый замок сдался. Теперь второй. Еще полминуты. Джулия думала, что сердце у нее вот-вот выскочит из груди. Пожалуйста, Майки! Лифт пополз вниз. Что, если это жилец с пятого этажа или, хуже того, консьерж, решивший их проверить? Ну же, Майк, давай.