–И не рожает,– рыбак заговорил тише, чтобы Маргарита не услышала, хоть и знал, что часть слов достигнет её ушей, но всё равно не будет понята,– Либо ты слишком везучий, либо я ещё не совсем сдурел.
–О чём ты?– Роберт посмотрел на Ганса исподлобья, притворяясь, что не понимает, о чём идёт речь.
–Я долго сомневался, знаешь ли ты, поэтому боялся говорить об этом, но теперь уж терять нечего. Я тебе говорю про её адаптацию и хищную натуру, а ты никаких вопросов не задаёшь, только молчишь. Просто признайся – ты с самого начала знал, что это сирена.
Роберту внезапно стало очень жарко. Он коротко вдохнул ртом, пытаясь что-то сказать, но не нашёл слов, после чего рыбак снова продолжил сам.
–Я прекрасно помню, как выглядит русалка, вышедшая на берег,– шёпот,– Но сразу я не поверил глазам. Я думал, что это бывает лишь раз в тысячелетия. Нет… Оказалось, чаще. Да и ты говорил, что судно, на котором ты бежал, затонуло. Это было в Чёрных Водах, да?
–Она спасла мне жизнь…– мужчина прекрасно понимал, что дальше хранить тайну было бесполезно. Ганс и вправду встречал русалку однажды, раз знал, о чём говорил,– Как ни странно…
–Мне тоже спасла,– безобидная улыбка,– Не она. Другая. Но спасла. Однако не ради рассказов о прошлом я затеял этот разговор. Роберт, ты видел Чёрные Воды? Так называемую лагуну?
Молчание. Парень, сам не зная почему, боялся признаваться в очевидном. Ганс уже раскусил его, противиться бесполезно, но что-то удерживало его от правды. Роберт медленно и неуверенно кивнул.
–Никогда…– прошептал старик, склонившись над столом,– Никогда даже не помышляй никому рассказать о ней. Ни где она, ни что ты там видел. Эта тайна уйдёт с тобой в могилу, или, если надумаешь глупить, и станет твоей могилой. Прожить с этой тайной вполне реально, ибо её раскрытие не принесёт тебе ничего хорошего. Русалки – существо стайное. Она может жить с тобой, любить тебя, быть преданной, но семья для неё всегда будет чем-то святым, как бы плохо она о ней ни отзывалась. Почти как у нас, людей. Не думаю, что ты захотел бы, чтобы с твоей семьёй что-то случилось, и она не хочет. Попомни мои слова.
–Извини меня, Ганс, но я не думаю, что ты прав, когда судишь обо всех русалках лишь по поведению одной из них,– так же тихо прошептал Роберт,– Тем не менее, я не стал бы предавать Маргариту. Жизнь поставила меня в рамки, где я сам подвешен на леске. Если я не хочу однажды болтаться в петле из-за того, что какой-то урод сдал меня, я и сам не должен быть таким уродом. Не поступай с другим так, как не хочешь, чтобы поступали с тобой. Ещё моя мать так говорила… Дала мне совет.
–Мудрый совет,– Ганс кивнул,– Придерживайся его.
Рыбак встал на ноги и, прихрамывая, направился к двери на улицу.
–За мной можешь не ходить,– громко произнёс старик, надевая пальто,– Мне не привыкать хоронить всех этих бедолаг… Годы не те, но пока справляюсь.
–Нет, я помогу,– Роберт очнулся от раздумий и резко поднялся со стула,– Маргарита! Сиди здесь и никуда не выходи, пока мы не вернёмся.
Русалка ничего не ответила. Когда дверь закрылась за Робертом, девушка положила руки на окно и опустила голову. Тяжело вздохнула. Она мало что поняла из всего сказанного мужчинами, но кое-что было ясно, как день: о свободе теперь можно забыть.
-Роберт?– Маргарита подняла голову, как только отворилась входная дверь.
Мужчина вошёл в дом, стряхивая с шапки капли растаявшего снега. Лишь к вечеру похороны жертвы Зигфрида закончились. Сирена сидела за столом, пристально смотря на любовника. Роберт уже понял по её взгляду, что всё это время Марго терзалась какими-то размышлениями.
–Ты что, всё это время сидела тут и ждала меня?– устало спросил он. Ответ был очевиден, ведь сам Роберт запретил ей выходить на улицу.
–Роберт, кто такой Зигфрид?– Маргарита словно не слышала вопрос мужчины. Это была её характерная черта даже в море – она всегда отвечала вопросом на вопрос или перебивала, если её что-то гложет. Мужчина тяжело вздохнул и повесил шапку на крючок.
–Тебе было необязательно вникать в наш разговор, Марго,– Роберт покачал головой и прошёл к умывальнику,– Зигфрид очень плохой, вот и всё. Он насилует и убивает женщин. Это монстр, который выглядит как человек.
–Что значит, насилует?– Маргарита нахмурилась,– И как это, выглядит как человек? Кто же он тогда?
–Ну…– Роберт набрал полные ладони воды и омыл лицо, прежде чем продолжить,– Насилует, это как если бы мы с тобой занимались любовью, только ты бы этого не хотела, вырывалась, кричала, а я бы тебя бил, заставлял и всё равно продолжал… Но после всего этого Зигфрид ещё и убивает.