–Я не трус!
–Я тоже, но… Держись подальше от этого человека.
С тех пор, как и говорил Ганс, начался сезон охоты Зигфрида. Время от времени Роберт и рыбак уходили, чтобы похоронить очередную жертву, а Маргарита почти всё лето просидела дома, выходя к морю лишь в сопровождении своего мужчины. Даже купание не доставляло особого удовольствия в таких напряжённых условиях. Маргарите казалось, что даже во время жизни в море ей было свободнее. Не ради этого она стала человеком! Не ради того, чтобы её держали в клетке, словно питомца. Конечно, Маргарита не обижалась на Роберта за его страх за её жизнь, она была переполнена злостью на принца, из-за которого нельзя было спокойно выдохнуть. Девушка смотрела на бьющиеся о далёкие скалы волны и вспоминала сестёр. По крайней мере, в лагуне Маргарите было не страшно за завтрашний день. Она скучала по рутине, в которой всегда присутствовала уверенность в однообразном будущем.
Девушка никак не отреагировала, когда сзади подошёл Роберт и сел ей за спину. Его руки осторожно обвили Маргариту, заключая в тёплые объятия. Кажется, сегодня он хотел любви, но не такой, как всегда. В его движениях не было похоти. Марго научилась отличать одно от другого.
–Свобода…– прошептала она, сидя с любимым на сухом приятном песке,– Я хочу свободы…
–Твои потребности растут,– тихо произнёс парень, поглаживая её по мягким чёрным волосам,– Ещё недавно ты была счастлива, просто находясь рядом со мной. Или мне казалось…
–Я была счастлива с тобой, Роберт…– Маргарита опечаленно посмотрела в его глаза, обернувшись через плечо,– Я и сейчас счастлива с тобой. Но Зигфрид… Он не даёт мне покоя.
–Это чудовище, Марго…– мужчина нахмурился,– Зачем ты о нём вообще думаешь? Просто наслаждайся вечером, как раньше, ведь я рядом…
–Я тоже чудовище!– девушка, даже не замечая этого, повысила голос,– Я хищник! Я хочу принять бой и отстоять мою территорию!.. Мне нужна моя свобода и уверенность в завтрашнем дне!..
–Марго, ты больше не русалка… Что ты можешь сделать против группы его головорезов?
–Это моя территория,– прошипела она сквозь острые зубы,– Я не буду бояться выходить из дома! Это моя территория!..
–Успокойся…– Роберт снова нежно провёл рукой по её волосам,– Скоро осень, и он угомонится, а потом и твоя любимая зима. Горы снега, помнишь? Ещё немного. Мы снова будем сидеть у горячей печи и, попивая чай, слушать байки Ганса. Ты же любишь это!
–Роберт, я хочу убить Зигфрида,– продолжала она, игнорируя слова мужчины,– Я поймаю его и…
–Марго, прошу тебя,– заботливый тон,– Успокойся, любимая!..
–Это – моя территория…– продолжала повторять Маргарита, дрожа всем телом от переполнявших эмоций, но постепенно успокаиваясь от ласк любимого,– Моя…
Поздняя ночь. Маргарита проснулась, ощущая какую-то необъяснимую тревогу. Она посмотрела в потолок, затем перевела взгляд на Роберта. Мужчина крепко спал, напряжённо сомкнув губы. Сирена тихо встала на ноги, стараясь не разбудить ни Ганса, ни возлюбленного. Босыми ногами она осторожно обошла скрипящие половицы, затем выглянула в окно. Гробовая тишина. Маргарита нахмурилась. Что-то определённо было неспокойно. В груди, подобно паутине, разрасталось пьянящее ощущение морального голода. Что-то там, за окном, звало сирену, и Маргарита, не обуваясь и не набрасывая на плечи шаль, вышла на улицу в одной ночнушке почти до пола. Будто бы даже холодный ветер пасмурной ночи после дождя и мокрая земля не заставляли Маргариту мёрзнуть. Когда внутри просыпался хищник, девушка не ощущала холод. Это напоминало об истинной природе, хотя сирена предпочла бы отказаться от своих инстинктов, чтобы стать полноценной человеческой женщиной. Именно из-за этих инстинктов хищника и потребности в защите своей территории Марго всю весну и лето промучилась, не в состоянии даже заснуть нормально. Ей просто надоело это. Она решила в кое-то веки проверить, куда её вело чутьё.
Глаза человека не столь хорошо видели в темноте, как глаза русалки, которые у Маргариты когда-то были, но уши остались столь же чуткими. Девушка уловила людские голоса и странное фырканье какого-то существа. Здравый смысл подсказывал вернуться в дом, но понимание того, что наконец-то Маргарита сможет увидеть своего врага в лицо, не позволяло сделать это. Медленно ступая по мокрой колючей траве, русалка направилась на встречу с тем, кого не знала, но всей душой ненавидела. Подол ночнушки совсем промок, но девушка не обращала на это никакого внимания. Всем её рассудком завладела жажда крови нарушителей её священных границ.