–Уж извини, Карл, я и сам в этом говне по уши увяз!– Маргарита уже не видела парня, которого заслонил круг из его головорезов,– Нам бежать надо, сломя голову, как можно дальше, иначе…
–Хочешь сказать, что мне придётся бросить всё и уехать?
–Заткнись, Люк!– яростный крик,– Ты не единственная жертва! Когда засаживал очередной бабе, привязанной к дереву, ты должен был понимать, что это понесёт за собой последствия! Умеешь довольствоваться, учись и платить!
–Чёрта с два!– рыкнул Томас,– Ты же говорил, что мы…
–Вы думаете, мне нравится перспектива бросить все свои деньги, пост и свою девушку и прятаться в захолустьях от разъярённой толпы?! Меня батя даже в замок не пустит! Он обоссался от страха, когда его мразота напела ему про то, что народ на грани бунта!
–А ведь толпа будет искать именно ТЕБЯ!– Томас нахмурился,– Кто знает, с кем ты это всё творил?!
–Даже не думай, сука! Если сдашь меня, вы все пойдёте за мной!..
«Похоже, всё решается без меня»,– подумала Маргарита, не отводя взгляда от толпы,– «Судя по всему, Зигфрида ждёт расправа. Может, теперь я смогу спокойно выходить из дома в кое-то веки…».
–Не думайте, что так просто выйдете сухими из воды!– закричал Зигфрид,– Если начнётся пожарище, вас тоже повяжут! Отвечать будут все, я вам клянусь!
–Не угрожай нам, малыш. Ты больной ублюдок. Тебе НИКТО не поверит.
Маргарита вздрогнула, когда Зигфрид, неожиданно бросившийся на кольцо из убийц, взмахнул горящим факелом и, когда несколько парней отступили, растолкал мужчин и побежал прочь, прекрасно понимая, что на коня запрыгнуть не успеет. Сирена взволнованно смотрела, как несколько человек бегом направились за ним, втоптав брошенный факел в грязь, а остальная банда вскочила на лошадей и начала своё преследование. Сказать, что Зигфрид застал своих друзей врасплох – это сильно преуменьшить, потому что пешие преследователи отстали сразу, так как были ослеплены факелом, а наездники потратили какое-то время, седлая лошадей.
Сбивая ноги и спотыкаясь в неудобной обуви, Зигфрид бежал, сломя голову, по пути срывая с себя наплечники. От лошадей убежать невозможно, он это понимал, но надеялся, что животные переломают себе ноги по дороге, ведь земля была ужасно скользкой. Нужно освободиться от тяжёлой брони, но раздеваться и в то же время быстро бежать оказалось непосильной задачей.
–Не уйдёт!
–Ты всё равно сдохнешь!
–Я убью тебя, мразь!
–Лови урода!
Маргарита, даже не до конца понимая все слова на людском языке, понимала иронию ситуации. Все эти омерзительные твари вместе терзали несчастных жертв, но очень лихо перебросили ответственность на одного. Когда смерть смотрит в глаза, начинаешь торговаться. Жизнь одного за жизнь всей банды… Было ли это зрелище прекрасным? Нет. Зигфрид напоминал овцу, которую гонят на верную гибель волки. Увы, нужно признать, что лидер крепко держался за свою жизнь. Ему на руку сыграло то, что побежал он в аккурат к морю, а в низине после дождя было очень скользко от грязи. Несколько лошадей остановились, некоторые попадали, одна полетела кубарем и сломала ногу, поджав под себя орущего от боли наездника. Зигфрид, задыхаясь, скрылся в темноте и упал в ближайший овраг, перевернувшись несколько раз кубарем, подобно лошади, и набрав полный рот грязи, но даже не ойкнул. Недолго же длился его побег.
–Сука!– Люк едва смог вытащить ногу из-под упавшей лошади. Теперь кобыла была бесполезна для погони. На лице мужчины можно было прочесть радость от того, что животное не переломало ему его собственную ногу своим весом.
–Я его не вижу,– Томас пробежал вперёд, но поскользнулся и выронил факел. Огонь потух, встретившись с мокрой травой.
–Падла, что ж здесь так скользко!– выругался Люк,– На месте встречи такого не было!.. Куда делся этот урод?!
–Следы смотри!– Томас поднялся на ноги,– У меня факел потух, ни хера не вижу. Следы должны были остаться…
–Что же ты, умник, сразу по ним не смотрел!?– Люк сморщил нос,– Он спрятался, точно говорю! Где все наши?
–Слезайте с лошадей!– крик из-за деревьев,– Следы ищите!
–Гении блядь,– Люк сплюнул на землю и выставил вперёд руку с факелом,– Ну где же ты, детка? Я тебя всё равно найду!
–Вылезай, сучка!– как-то жутко захихикал Томас, всматриваясь в землю,– Прям как в старые добрые, да, Зиг? Только теперь сучка – это ты!..
Зигфрид закусил губу до крови и затаил дыхание. Он чувствовал, как торчащая кость царапает металлический сапог. От боли закружилась голова, а перед глазами всё потемнело, но ум остался в какой-то мере ясным. Один неверный вздох, и нога с открытым переломом будет волновать Зигфрида в самую последнюю очередь.