–Ты должен быть частью коллектива, Зиг,– Лаки протянул к нему руку,– Без этого никак. А то как-то несправедливо получается…
Увы, он не успел закончить. Стоило кончикам пальцев коснуться предплечья юноши, как Зигфрид вцепился ему в запястье и, резко потянув на себя, заключил его в объятия. Лаки замолчал. Присутствующие недоумённо переглянулись. Зигфрид стиснул зубы и, дёргая рукой с пугающей частотой, вспорол брюхо вмиг отключившемуся от шока парню. Когда под ноги Лаки и Зигфриду хлынула кровь, до остальных внезапно дошло.
–Чёрт!– Мюллер наспех натянул штаны и бросился к принцу. Остальные за ним, хоть и с некоторым замешательством.
–Зиг!– закричал Люк, на что мужчина лишь вынул нож из груди Лаки и резко вогнал его в лоб умирающего по самую рукоять.
–Зиг! Зиг успокойся!
Подбежавшие сослуживцы схватили парня за руки, не дав вновь выдернуть оружие из трупа. Зигфрид несколько раз дёрнулся, прежде чем начать вырываться, как сумасшедший.
–Пусти меня!– заорал принц, пытаясь отбиваться ногами и руками, но ничего не выходило,– Пусти!
–Зиг, успокойся! Это мы!
–Что с ним не так?!
–Крепче держи его!
Мужчина упал на колени, издав дикий крик зверя. Зигфрида словно не было в его теле. Он был не здесь. Для многих уже не было каким-то откровением то, свидетелем чего они сегодня стали, но не для всех.
–Зиг! Зиг! Это я! Люк! Всё нормально!
–Тише, тише! Кажется, его отпускает…
–Да что происходит?!– Крауз растерянно озирался по сторонам, не зная, что делать.
–У него опять галлюцинации,– Мюллер склонился к лицу парня и начал тихо хлопать его по щекам, несмотря на то, что Зигфрид активно пытался вцепиться в его руку зубами.
–Чёрт… Лаки…– простонал Томас, схватившись за голову.
–Хуй с ним! Я говорил ему не подходить.
–Пиздец…
–Зиг! Зиг!..
Парень замер и глубоко задышал ртом, широко раскрыв глаза. Он простоял недвижимым какое-то время, пока не тряхнул головой, когда эти осточертевшие похлопывания по щекам стали невыносимыми. Мюллер отстранился. Друзья медленно разжали хватку. Осторожно отступили на несколько шагов державшие принца парни. Зигфрид надавил пальцами на глаза и оскалился от злости. На самого себя.
–У тебя опять…– Мюллер осторожно коснулся плеча рыцаря.
–Отъебись!– огрызнулся Зигфрид и дёрнулся в сторону. Снова гробовая тишина. Никто более не хотел что-либо говорить. Зигфрид не мог успокоиться. Напряжение не отступало, и он начал дышать медленно, словно смакуя каждый вздох. Это помогало ему, хоть и медленно, но вернуться в реальность. Внимание привлекла обессилено плачущая жертва. Зигфрид поднялся на ноги и, резким движением вырвав изо лба Лаки кинжал, сделал шаг к ней.
–Может, лучше я?– с опаской произнёс Крауз.
–Я в норме!– снова огрызнулся Зигфрид и, не оборачиваясь, быстрым шагом направился к девушке,– Я сам освобожу её…
Люк закусил губы, когда в очередной раз услышал хрипы умирающего тела. После всего, что она пережила, это было убедительным освобождением.
Зигфрид поморщился от мерзких воспоминаний. Всё это дерьмо никогда не доставляло ему удовольствие. Ужасающие сцены насилия лишь посыпали солью незажившие раны. Как будто они могли бы вернуть его в прошлое, чтобы исправить, предотвратить всё, что произошло с ним когда-то. Маргарита спросила, зачем… Зачем причинять неземные муки и нести смерть, если сам себе её не желаешь? Может, желал. Искал наказания. Искал карателя, способного вернуть его в чувства… Тот день, разрушивший его психику, Зигфрид не забудет никогда. Наверное, ничто не сможет излечить его боль. Тело излечилось. Душа продолжала гнить от раны, которую в своё время никто не помог ему залечить. Скоро гниль поглотит всё. Приступы галлюцинаций учащались. Зачем держаться за жизнь, когда её уже нет? Зигфрид усмехнулся своим мыслям. Наверное, просто умереть, чтобы избавиться от страданий, было бы слишком просто.
Зигфрид зажмурился, когда в лицо ударил дым от костра, на котором он нагревал котёл с водой. Маргарита устроила принцу идеальные королевские условия, насколько только могли позволить стены его небольшого каменного укрытия. Даже принесла рыцарю одну рубашку и брюки Роберта, и, хоть вещи и были самую малость велики, Зигфрид довольствовался тем, что имеет. Он не хотел проводить недели, выращивая грибки на теле. Не сказать, что он был любителем чистоты, но ощущение липкости на коже всегда доставляло дискомфорт. Днём он мог бы окунуться в прохладную солёную воду, но боялся мочить рану ещё хоть чем-то, кроме спирта. Она затягивалась слишком медленно, но Зигфрид чувствовал даже какое-то облегчение и спокойствие от мысли, что этот самый Роберт, с которым у них была взаимная ненависть и неприязнь, отлично вправил кости на место. Нога в основном беспокоила Зигфрида по ночам, днём же, если её не трогать, совершенно не напоминала о себе. Маргарита притащила парню какую-то палку, напоминающую трость больше, чем предыдущая, и Зигфрид отшлифовал её с помощью ножа, который Марго тоже недавно принесла, показав своё доверие. Всё равно делать было нечего. Боялась ли Маргарита приносить принцу что-то, что могло послужить оружием? Нет. Она сама не знала, почему, но прониклась небольшим доверием к этому человеку. В чём она и была точно уверена, так это в том, что Зигфрид не мог навредить ей. Ошибалась ли она? Возможно. Кто же, кроме Зигфрида, мог знать, что происходит в его голове. По иронии судьбы, рыцарь и сам не знал самого себя.