–Марго…– шёпот. Девушка посмотрела на юношу,– Нужно быть осторожнее. Ганс, кажется, подозревает… Он сегодня меня допрашивал.
–Ты же должен был покрывать!..– глаза Маргариты тут же округлились, но Роберт положил руку на её руку, взглядом моля говорить тише.
–Я сделаю всё, что смогу… Отвлеку его, но при нём теперь даже шёпотом переговариваться нельзя. Зигфриду лучше убираться к чертям собачьим, пока его шкуру не подпалили…
–Но нога…
–Марго… Пусть он проваливает к чёрту! Он надоел мне, а теперь Ганс…
–Его нога…
–Если Ганс узнает о нём, его нога его будет волновать в последнюю очередь.
Маргарита напрягла плечи. Было ощущение, что волосы становятся дыбом от одной только мысли, что скоро придётся проститься с этим человеком навсегда, но сирена не могла. Почему-то мысли о выкупе отступили на последний план, а в центре, подобно уличному фонарю, слепила лишь одна дилемма: перемены. Маргарита слишком сильно не любила перемены, но они в очередной раз настигали и были готовы напасть из-за спины. Сирене нравилось общаться с Зигфридом, она всем сердцем и душой сочувствовала ему, хоть и знала, какие страшные вещи он вытворял, ещё и недавний всплеск страсти, о котором Роберту лучше не знать. Марго смотрела в глаза Роберта, но представляла себе горячий поцелуй и грубые руки принца. С огромным ужасом она пришла к выводу… Кажется, она полюбила этого человека. Размышления прервал Ганс. Как только он вошёл, юноша медленно взял Маргариту за руку и коснулся губами тёплых пальцев.
–Ну, ну! Хотя бы не при мне!– возмутился старик. Роберт наигранно засмеялся и встал из-за стола. Маргарита не улыбалась. Все мысли заполонили навязчивые идеи. Если Зигфрид уйдёт… Что будет дальше? Может, стоило попрощаться с ним навсегда, но девушка не могла себе представить, как тяжело ей придётся без него.
-Зиг?
Зигфрид сонно поднял голову. Завидев сирену, он отбросил одеяло и начал искать взглядом свои сапоги.
–Глубокая ночь, Марго…– пробубнил он, бросив затею с обуванием,– Ты обычно приходишь раньше… Что-то случилось?
–Становится горячо,– Зигфрида насторожил взволнованный тон голоса девушки,– Тебе нужно бежать.
–Бежать?– грустно усмехнулся парень, приподнявшись на локтях,– Если ты забыла, я не могу.
–Ну, уходить, без разницы!– Маргарита вошла в пещеру,– Это опасно!
–Так что случилось-то!?
–Ганс узнал про тебя… Кажется…
–Кто такой Ганс?
–Мой отец…– ответила, но тут же встряхнула головой,– Не настоящий отец. Другой!..
–У него со мной счёты какие-то?– нахмурился,– Я кого-то убил из его родных?
–Нет, кажется. Но он очень зол на тебя!
–Он знает, где я?
–Пока нет. Если бы он узнал, ты бы узнал об этом сразу.
–Погоди, я не понимаю…– Зигфрид нащупал свою трость,– Так он знает или не знает?
–Пока не знает. Но догадывается…
–А в чём опасность?
–Он хочет твоей смерти!..
–Весь Шохтэнг хочет моей смерти!– Зигфрид тут же переменился в лице, тихо засмеявшись,– Это не повод паниковать. Мне некуда идти.
–Ты не понимаешь!..– Маргарита раскинула руками.
–Нет, ты не понимаешь, Марго!– мужчина перебил её,– Если он не знает, где я, не выводи его на меня, и дело с концом. Не приходи. Я сам попробую о себе позаботиться, но я не хочу терять единственный дом, который у меня остался, пока я не окрепну.
–Тебе нужна еда, а если я не буду приходить…– сирена повысила голос, но принц поднял руку, прерывая монолог. Девушка замолчала и тяжело вздохнула. Зигфрид не хотел слушать.
–Ты мне только принеси то, что я тебе скажу. Ещё один раз…– парень процедил эти слова сквозь зубы, стараясь скрыть нервоз,– И я протяну хоть до зимы.
–О чём ты?
–Мне нужно сделать стрелковое оружие. Лук. И стрелы. И я буду охотиться.
–С больной ногой!?– Маргарита снова повысила голос,– Я попрошу Роберта следить за Гансом, и буду приносить тебе еду. Ты же не сможешь охотиться. Ты ранен!.. А если хищник!?
–Боишься за свои деньги?– Зигфрид медленно поднялся на ногу, опираясь на трость,– Поохотиться я смогу, а вот отбиться от толпы, которую этот твой отец сюда может привести уже не смогу.
–Ганс не стал бы выдавать тебя! Он хочет сам разобраться с тобой!..
–И это и есть угроза и опасность?– жестокая усмешка,– Один человек? Не смеши меня. С одним человеком я легко бы справился и так, проблема лишь в том, что ты вряд ли желаешь смерти этому Гансу.