–Тем не менее, я обрела счастье, выбравшись из лагуны,– улыбнулась Маргарита, нежно поглаживая мужчину по груди длинными пальчиками,– Может, и ты обретёшь своё, если мы куда-нибудь уедем.
–Это демагогия… «Может», да «возможно»… На самом деле все эти «возможно» не имеют никакого смысла, когда нет конечной цели.
–Что такое демагогия?
–Пустая болтовня. Это неважно, Марго! У меня нет цели, вот что страшно. Я сам не знаю, что мне нужно.
–Я могу что-нибудь сделать для тебя, чтобы помочь найти её?..
–Ничего, Марго. Пару лет подождём, накопим денег на лошадях, и уедем. Сам не знаю, куда. Может, и ехать-то никуда не нужно. Я запутался, Марго. Я просто не знаю, что я хочу найти. Что я ищу? У меня никогда не было желания, которое возвысило бы меня, как человека… Сейчас мне нужны деньги, чтобы уехать, а потом? Понадобится ещё что-то, потому что жизнь на месте не стоит. Но смысл в этом не виден моему глазу…
–А чем ты занимался, пока… Пока тебя не начали разыскивать? У тебя была эта самая цель?
–На самом деле не очень-то и полезным я занимался,– Роберт прищурился, предаваясь воспоминаниям,– Я подрабатывал мальчиком на побегушках у местного графа. Принеси то, да не это, вон то, а это не хочу… Мне не нравится, как ты сегодня одет… Сегодня мне не нравится твоя рожа… Тем не менее, я был единственным из его слуг, при котором он не боялся заниматься всякими тёмными делами. У него была женщина, постоянная. У нас, людей, это называется «жена», и я помогал ему прикрывать его любовь с другими женщинами, привозил ему шлюх… В итоге все остатки от заработанного я прогуливал в тавернах. Жили мы с матерью в маленьком двухэтажном домике, который стоял сикось-накось. Я отдавал ей чуть больше половины, на остальное снимал девок…
Роберт осёкся и тяжело вздохнул, осознав, что сказал лишнее.
–Что значит снимал?– Маргарита посмотрела ему в глаза,– Откуда снимал?
–Ну, покупал им что-нибудь попить покрепче, танцевал с ними, говорил всякие глупости, чтобы потом… В постель,– мужчина сказал последние слова тише, затем махнул рукой,– Я же этим не горжусь, Марго! Честное слово. У меня и цели какой-то не было, о которой ты спрашиваешь. Жил одним днём – что есть сегодня, то будет и завтра. Потом граф этот, чтоб его, привёл очередную девку. Она мне глазки строить начала. Сучка. Граф увидел это, потому что она прямо при нём мне в штаны пыталась залезть. Я быстро от неё сбежал, но потом началась чертовщина. Спустя неделю выяснилось, что эта баба пропала без вести. Приходили сыщики, опрашивали меня, потому что кто-то сказал, что в последний раз её видели в поместье графа. Я сделал вид, что ничего не знаю, и в один из дней, когда я вернулся на работу, граф приказал принести вина из девятой бочки. Открываю кран в девятой, а оттуда не бежит. Я ещё подумал, с чего бы. Я прекрасно знал, что она была полной. Начал её спускать на пол… На кой-то чёрт. Открываю, а вина там и, правда, нет. Да только аккуратно сложенная, порубленная частями пропавшая без вести дамочка. У меня волосы дыбом встали. Я быстро закрыл бочку и попытался взгромоздить её обратно, оборачиваюсь, а он в дверях стоит… Он сказал «Годовую плату получишь сию же минуту. И ты ничего не видел». Это было аморально, но я перетрусил. Согласился, а он мне «И вывези эту бочку подальше от моего дома». То есть, я ещё должен был прибраться за ним…
–За что он убил её?!– Маргарита шокировано раскрыла глаза.
–Я не знаю, может, она забеременела или что, а он трясся за свою репутацию перед жёнушкой. Я хотел отказаться, но он привёл аргумент… «В случае чего – это сделал ты». Я решил взять эту чёртову бочку, вывести её подальше, а потом забрать маму и съебаться как можно дальше, но…
Роберт тяжело вздохнул и закрыл глаза. Маргарита понимала, как тяжело ему давались эти воспоминания, но хотела услышать рассказ о его тёмном прошлом.
–Он заложил меня…– прошептал мужчина после минутной паузы,– И меня повязали сразу же после того, как я заехал в лес. Остановили мою телегу, со знанием дела открыли бочку, и бросили меня в темницу. Я знал, что им бесполезно доказывать, что не я убил эту женщину, знал, что их специально на меня натравил граф, а против него я ничего не мог противопоставить. Я всего лишь прислуга, бедняк, хоть и с хорошей зарплатой. Потом мне сказали, что утром меня казнят. Спешили, потому что граф не хотел давать мне много времени на то, чтобы прийти в себя и придумать, как выкрутиться. Утром меня вздёрнут на площади за десятки моих растерзанных жертв. Я не мог поверить своим ушам, Марго! На меня повесили всё, что только можно. Все нераскрытые похожие дела. Серийный убийца женщин, по ночам кромсающий проституток в грязных переулках… Я представил, как на рассвете меня поведут на эшафот. Толпа будет плевать в меня и бросаться камнями. Я ковырял пальцами каждый камень в стене в надежде найти хоть какую-то лазейку, хоть и понимал, что это пустая трата драгоценного времени. И тогда меня «на прощание» поцеловала судьба. Стражником моей камеры оказался хороший друг моей матери. Я помнил, что после смерти отца он часто приходил к нам, ухаживал за мамой, но у них что-то не сложилось, но, несмотря на это, он рискнул всем, чтобы вытащить меня оттуда. Он подумал, что, раз я безжалостный убийца, то вполне мог обдурить его. В теории. Он сказал мне запереть его в моей же камере, после чего сказал, как выбраться из тюрьмы. Таки в одной из камер был чёрный ход. Секрет для тех узников, которым позволить сбежать было лишь на руку страже. Так я и оказался на свободе… Я не мог пойти домой, даже учитывая, что была глубокая ночь. Я бежал из города на свой страх и риск, но оставаться там было ещё опаснее. Лишь на рассвете я снова оказался в лесу. Я ушёл от города настолько далеко, насколько позволили ноги в тот день, и тогда я встретил повозку, направляющуюся как раз в сторону моего дома. Я попросил извозчика найти мой дом и сказать женщине, проживающей там, что её сын ожидает её здесь. На счастье, извозчик как раз перевозил груз и уже на следующий день собирался в обратном направлении. «Моя мать заплатит Вам»,– сказал я, а он же сказал, что может за небольшую доплату привести её сюда. Я не мог поверить своим ушам. После всего того пиздеца, что произошёл со мной, это казалось настоящим чудом, но чуда не произошло. На следующий день извозчик вернулся. Один. Он не попросил с меня платы, а напротив, предложил довести меня до ближайшего города. Он долго молчал, глядя мне в глаза, а потом добавил, что нашёл мой дом. Он стучал, но никто не открыл ему. Он даже спросил соседей, где хозяйка, на что ему ответили, что она скончалась от сердечного приступа, когда узнала, что её сын серийный убийца.