Герцог Эдвард приветствовал гостей, произнося речь, а я всё смотрела и смотрела на главу совета Многоцветья. Душой овладевала тревога. Та, которую не объяснить рациональными причинами. Сработали животные инстинкты. Кошачьи, какие же еще? Я чувствовала… нет, точно знала, что этот маг скоро перевернет мою жизнь. Мою и многих, кто мне не безразличен. Он, наконец, ощутил мой взгляд. Подарил ответный. Да такой, что пробрало насквозь. Что-то шепнул герцогине Виктории и вместе с ней направился к нам.
— Готова к встрече с самым опасным магом в Многоцветье, фальшивый полуцвет? — поинтересовался Дэриан со злой усмешкой.
Нет, я не была готова. Колени подгибались. Но разве предлагался выбор? Пришлось сжать зубы и сделать реверанс, приветствуя Уэлбрука-старшего и хозяйку замка.
— Всё мужаешь, Элиас, — обратился главный гость к младшему герцогу.
Но фраза прозвучала отнюдь не комплиментом. Скорее, как намек на то, что парень смеет претендовать на невесту дражайшего сыночка. Элиас и Рашель скрывали отношения, но глава совета Многоцветья — не дурак. Наверняка, сложил два и два.
— А это, полагаю, знаменитая и загадочная Лилит Вейн, — констатировал он, окинув меня с головы до ног оценивающим взглядом.
В «пыльных» глазах промелькнуло напряжение. Папенька Дэриана прищурился, вероятно, раздумывая, где мог раньше меня видеть. Он ведь давно «дружит» с семейством Ван-се-Росса и неоднократно видел детей герцогской четы. Всех детей.
— Кого-то вы мне напоминаете, юная леди, — подтвердил он догадку. Но это был удар не по мне, а по герцогине. — Тебе не кажется, Виктория, что девочка на кого-то похожа?
Элиас побелел, будто превратился в призрака, но Её светлость не показала и капли волнение. Сделала вид, что вглядывается в моё лицо.
— Внешность незаурядная, но, боюсь, не вижу сходства ни с кем из знакомых.
— Неужели? — театрально усомнился Уэлбрук. — А я разглядел черты Эдварда. Слышал, отец девушки неизвестен. Кто знает, вдруг твой супруг постарался? Это он пригласил ее на праздник?
Рядом часто задышал Дэриан, не зная, как реагировать на отцовские слова: смеяться или уткнуться взглядом в пол и притвориться мебелью.
Герцогиня вновь спокойно приняла болезненный укол.
— Нет. Лилит пригласила я. Прости, Грегор, но я не вижу и намека на фамильное сходство с Ван-се-Росса. Но если бы до этого дошло, то заподозрила бы Эмилио, а не Эдварда. Ренет Вейн — блондинка, а мой супруг никогда не интересовался светловолосыми женщинами. К тому же, эта бесстыжая девчонка сохла по нашему старшему сыну и уж точно не стала бы сопротивляться, прояви он к ней интерес.
Щеки пылали, но я держала себя в руках, понимая, что Её светлость не ставила цель оскорбить маму. Грубость в ее адрес призвана скрыть правду о моем рождении. Герцогиня Виктория старательно приближала меня, но явно не была готова раскрыть связь между мной и Маргаритой. И да о какой связи может идти речь, если дочь четы Ван-се-Росса предана забвению. Это почти то же самое, будто ее и не существовало вовсе.
— О! А вот и Эмилио! Опаздывает, как всегда.
Я вздрогнула. Кого-кого, а мэтра Гвендарлин и по совместительству еще одного дядю, увидеть здесь никак не ожидала. Но это был он. Собственной статной персоной. Да не один, а в компании Летисии Дитрих, облаченной в ярко-красное, но строгое платье. На парочку эти двое совершенно не походили. Шли рядом, но не под руку. Даже не друзья. А просто коллеги. Или вынужденные «компаньоны» на балу.
Может, это герцогиня пригласила их вдвоем, надеясь, что они снова сойдутся?
Вопрос снялся с «повестки» вечера быстро.
— Добрый вечер, мэтры, — поприветствовал вновь прибывших Уэлбрук-старший. — Полагаю, вы удивлены моей настоятельной просьбе о встрече. Предлагаю уединиться и немного посекретничать. Лучше завершить дела поскорее, чтобы потом как следует насладиться праздником.
Они удалились под ледяным взглядом герцогини Виктории, а я потянула Элиаса в сторону — подальше от Уэлбрука-младшего.
— Что у них творится? — зашептала нервно.
— Понятия не имею. Я даже не знал, что Эмилио с Летисией, в смысле, с леди Дитрих приедут. Надеюсь, папенька Дэриана не собирается вмешиваться в дела Гвендарлин.
— Разве ему не полагается обсуждать эти самые дела с директором? Хотя… — возразила я самой себе, — Дюваль нынче не лучший кандидат для каких-либо обсуждений. Вдруг поговоришь вовсе не с ним, а с Дарлином Ван-се-Рмуном.