Этот вопрос тревожил и Рашель, которая белая, как мел, поджидала меня, расхаживая туда-сюда по спальне.
— Ты в порядке? — спросила она, едва я перешагнула порог. — Что это было?
Я пожала плечами. Какой смысл гадать? А четкого ответа нет. Ни у кого. Однако Рашель не отставала, и пришлось повторить слова Габриэлы.
— То есть, ты умеешь так делать, потому что мог твой… хм… мужчина в костюме шута?
Я горько засмеялась, и осознала вдруг, почему злюсь. Ведь это не шут с карнавала «поспособствовал» моему появлению на свет, а кое-кто другой, на близость с которым Маргарита Ван-се-Росса вряд ли соглашалась. А я… я не хотела иметь с ним ничего общего. В том числе, силы. Теперь мне даже дружба с Гвендарлин показалась не даром, а проклятьем. Это ведь тоже не талант Марго.
Ох… А ведь я проявила «ведьмовскую» способность, когда думала о синих коридорах. Неужели, здесь есть связь?
— Не расстраивайся, Лилит, — попыталась утешить Рашель. — Посмотри на это с другой стороны. У тебя появилось полезное умение. Полезное и для тебя, и для ордена.
Но я отмахнулась, не считая папенькины «подарки» пользой.
****
Поспать не получилось, тяжкие думы не позволили. Я лежала, глядя на синюю ткань полога, и гнала прочь тревогу. Тишина казалась звенящей, хотя за окном господствовал ветер. Но звукопоглощающие чары на стеклах не позволяли его вою и скрипу веток проникнуть внутрь. Я бы не отказалась их услышать. Всё лучше, чем ждать, что в глубине замка раздастся голос Гвенды Ван-се-Рмун, зовущий на смертельное рандеву.
Однако она молчала. Не могла звать. Или пока не считала нужным.
В четвертом часу ночи я поднялась и растолкала Рашель.
— Еще же темно, — пробурчала она спросонья.
— То есть, рассвет ты встречать не намерена? — спросила я, подавив смешок.
— Ой! — соседка вскочила и наступила на хвост Урсула.
Тот зашипел, чуть не доведя ее до приступа. Не цапнул за ногу, и на том спасибо.
Пока Рашель наводила марафет, я успела бы десять раз собраться. В итоге на крышу мы поднялись последними. Нас встретили хмурыми взглядами. Но вряд ли дело было в опоздании. Подозреваемых в убийстве не считали достойными такой почести, как встреча первого рассвета года. Мол, могли бы и отказаться. Рашель немного смутилась, но я и не подумала этого делать. Размечтались! Уж кто-то, а я заслужила дар Гвендарлин.
Едва мы заняли отведенные места, вперед вышел Рэм Дюваль, дабы произнести приветственную речь. Наши взгляды встретились, и пробрал озноб. Почудилось, чёрные глаза принадлежат не директору, а кое-кому другому — мужчине, с которым я встречалась внутри близнецов. Мужчине, готовому принести в жертву всех в колледже ради себя и любимой женщины. И плевать, что она — само зло.
Зубы крепко сжались, ибо вспомнилось, что мы с ней родня. Но я отбросила эту мысль, будто хлам, и сосредоточилась на словах директора. Он не говорил ничего примечательного. Банальные вещи: о чести, которой удостоены избранники, о дарах и их благородном использовании. Я слушала и искала новые признаки присутствия Дарлина. Но не находила. Дюваль выглядел самим собой. Ну а несвойственная ему речь — всего лишь речь, которую обязан выдавать директор на официальных мероприятиях.
— Вперед! — дал он, наконец, команду к действию.
Мгновение, и десять пар рук взметнулись к черному пасмурному небу. Я едва не зашептала слова заклинания вместе с остальными, лишь в последний момент вспомнила, что нельзя использовать магию. Пришлось беззвучно шевелить губами и изображать, что готова сдернуть покрывало, вернув Гвендарлин солнечный свет. И вдруг объял панический страх. Я вновь ощутила уязвимость колледжа. Стены будто истончились, того гляди, рухнут и погребут всех, кто находится внутри.
Я открыла рот, чтобы закричать и прервать обряд. Но не успела.
Пальцы других избранников ловко сдернули покрывало, прятавшее колледж от настоящего неба. Я приготовилась зажмуриться, ослепленная ярким солнцем, однако ни один луч не достиг крыши древнего замка. По камням замолотили крупные капли дождя. Над Гвендарлин висели черно-сизые тучи, готовые низвергнуть потоки воды.
— Разве в первый рассвет так бывает? — нервно спросил кто-то из избранников.
Заволновались и педагоги. Зашептались между собой, мол, магия замка всегда в первый рассвет притягивает солнце. Солнце и никакого дождя. А я… я больше не смотрела на небо. Вглядывалась в стену, из которой в прошлом году вылетели дары Гвендарлин. Сегодня десять светящихся шаров не спешили показываться будущим владельцам. Они задержались по пути или… Ох, я боялась додумывать, что означает это «или»…