— Значит — Эжен? — недоверчиво спросила Лиска. — Но он же вам помогал! Поехал с вами к Джованни и вообще…
— Да, а когда мы уходили от Джованни, на балконе нас поджидала парочка головорезов! Хорошо еще, что я сопоставила внезапную поломку лифта с перегоревшими лампами на лестнице и сделала правильный вывод.
— Но как Эжен мог предупредить головорезов, он же все время был у вас на глазах?
— Не все время. Когда мы вышли в прихожую и начали одеваться, он на минуту задержался в комнате. А у него при себе был мобильник.
— А мне все-таки кажется, что это не Эжен, — не сдавалась Лиска. — Он три года в депрессии, на себя рукой махнул — живет в берлоге, ни с кем не общается… Разве это похоже на человека, который маниакально убирает всех, кто предположительно — только предположительно! — может его уличить? Если бы Эжен по неведомой причине убил того уголовника, он бы не стал суетиться. Конечно, я с ним незнакома, но по вашим рассказам и по тому, что говорила о нем Ирен, ему наплевать, что с ним будет.
— Я тоже не думаю, что наш Икс — это Эжен, — поддержал Лиску Эдик. — Прежде всего потому, что ему негде взять денег на наемников. Из нас четверых он зарабатывает меньше всех. Кстати, если говорить о молчании, то Базиль годится ничуть не меньше Эжена. Он тоже не словоохотлив.
— Правда? — оживилась Надежда. — Ты думаешь он способен выслушать пространный монолог незнакомца в полном молчании?
— Вполне. Слушая других, Базиль, конечно, не хранит, вроде Эжена, каменную неподвижность — вертит что-нибудь в руках, важно кивает, — но звуков обычно не издает… Да, но, черт побери!.. Он действительно обожал Ирен. Нисколько не удивлюсь, если Джованни прав в том, что Базиль был в нее влюблен. И деньги! Два года назад необходимость заплатить десять тысяч баксов чуть не стала для него катастрофой. Я сам видел, во что он тогда превратился. Краше в гроб кладут. Сколько он мог скопить за эти два года? Ну, пусть даже пятнадцать-двадцать тысяч. За такие деньги можно нанять киллера, но у нас их по меньшей мере двое! Да еще баба, которая им помогает, — помните звонок таинственной незнакомки? За такую смешную сумму они похитили и, вероятно, убили Мыколу, стреляли в мужа Ирен, обзванивали миллион моих знакомых, сидели в засаде на лестнице, пытались отравить нас газом? Как хотите, но я этому не верю!
— Значит, Базиль тоже отпадает? — Лиска вздохнула. — У вас нет ощущения, будто нас все время швыряет вверх-вниз? Только найдешь доводы в пользу одного из подозреваемых, воспрянешь — вот она, разгадка! И сразу — бух вниз! Опять не подходит. Точно на американских горках катаешься…
Все уныло замолчали. Неизвестно, о чем размышляли Лиска и Эдик. Надежда не размышляла ни о чем. Точнее, пустила свои мысли на самотек и лениво ждала, куда они ее вынесут.
«Американские горки… Забавно, что в Америке этот аттракцион называется русскими горками. А то, что у нас называется „уйти по-английски“, у англичан звучит как „уйти по-французски“… А русская рулетка на самом деле появилась в Америке во время калифорнийской золотой лихорадки… Кто это недавно говорил про русскую рулетку? Ах да! Джованни. Какому идиоту могло прийти в голову назвать так водку?.. Интересно, что они на этикетке нарисовали? Револьвер? Череп и кости? А что, недавно какой-то мужичок демонстрировал по телевизору канадские сигареты с гробиком на пачке… Вероятно, результат кампании по борьбе с курением. Так что не такую уж и чушь они несли, когда разыгрывали Катрин. Еще немного, и правда начнут всякую гадость вместо табака подкладывать… Хотя до цианистого калия дело вряд ли дойдет… Минутку! Цианистый калий в сигаретах… Эдик говорил, что уголовника отравили сигаретой! Совпадение? Или убийца присутствовал при том разговоре? Да, но что это нам дает? Они все четверо присутствовали. Эдик толкнул целую речь в пользу радикальных мер, остальные подавали реплики… Реплика Эжена, если я не ошибаюсь: „Ну, это они уж слишком!“ Джованни выразил надежду, что трубочный табак не пострадает. Базиль сказал, что теперь-то точно бросит курить… О Господи! Неужели?..»