— Старик совсем потерял голову. — брюнет пришел в себя и осмотрел труп со всех сторон, сморщил нос, отчего подпрыгнули очки на переносице.
Дмитрия убили сзади, когда тот ни о чем не подозревал. Задушили с помощью белой нити, которая разрезала кожу и часть кости, а теперь окровавленная покоилась у мертвого на коленях. Весь кабинет оплетала сверкающе белая паутина, словно здесь орудовала сотня пауков-тарантулов. В некоторых местах ее покрывали алые капли крови. Было несложно догадаться, кто именно здесь побывал. Дэмьян съежился от отвратительного предчувствия.
Отыскав самое важное — «Дело №6013» с одной из полок, Дэмьян дрожащей рукой провел по фотографии мертвой сестры, вклеенной в дело, затем принялся читать содержимое, сопоставляя информацию с известными ему фактами от Виктора. Окончив, присвистнул.
— Сдать собственного брата — отвратительно даже для меня. — обратился он к безголовому трупу, но потом нахмурился и заглянул под стол, туда, где лежала голова. — Виктор Розен, вот кто поистине интересный персонаж. А ты был просто мудаком, Дима.
Демон осмотрелся и вслушался. Характерный топот ботинок по лестницам отсутствовал, это значило, что можно задержаться еще на немного. Ранее он бывал в этом кабинете, но из чувства неприязни надолго в нем не задерживался. Дэмьян открыл все ящики — ничего интересного, непонятные бумажки столетней давности, но один интересный запертый на ключ тайник располагался под столом. В таких обычно хранят грязные секреты. Дэмьяну ключ был не нужен, не хотелось копаться в штанах или где он там его прятал, поэтому спокойно вырвал ящик со всеми замками из-под стола, разрушив половину кабинета. Шумно, но это, скорее всего, того стоит.
— Что тут у нас, hurensohn? (нем. ублюдок) — он повернулся к безголовому телу, словно Дмитрий все еще его слышит. — Сейчас мы и узнаем.
Уроды вроде него тайно желают быть застуканными, поэтому не уничтожают свои грехи бесследно, оставляя к ним следы. Или буквально демонстрируют их, как и трупы в музее. Красная пыльная папка слишком явно выделялась, демон на всякий случай ее достал и отложил на край стола.
— Scheisse! (нем. черт) — Дэмьян неловко наступил на бумагу, она успела выпасть, когда он доставал папку. Край попал в лужу крови.
Он поднял его, пробежался глазами по тексту и, небрежно стряхнув капли крови, положил в ту же папку, усмехнувшись. Возможно, ему еще придется посетить дом Розенов. Судьба словно намеренно толкала его к этой девушке, но он и сам был не против. Фотография в рамке, покрытая тончайшей вуалью из паутины, стоящая на полке, привлекла взгляд. Он освободил портрет из-под паутины. Девушка-подросток с веснушками на щеках смотрела на него знакомыми грустными глазами, фото было сделано на школьном празднике или выпускном. Темно-синее пышное платье напоминало ночное небо во время грозы…
— Приветствую. Прошу прощения за беспорядок. — раздалось за спиной не то женским, не то мужским голосом. — Хотя, смотрю, ты и сам тут постарался.
Дэмьян практически вздрогнул. Он опустил фотографию лицевой стороной вниз обратно на полку и медленно обернулся всем телом. Перед ним предстал тот, кого он хотел видеть меньше всего. Напоминание об ужасах детства воплотилось в этой странной одухотворенной оболочке с жестоким содержимым. Он словно вернулся обратно к скрипучим кроватям, ветру за окном, больше напоминающему крики, шепоту по углам Темной церкви. Не верилось, что это щуплое бледное недоразумение держит в страхе множество людей, построило целую империю, в которой властвует, и дергая за ниточки своих подданных.
— Кажется, когда мы виделись в последний раз, ты был значительно меньше… — загадочно улыбаясь продолжил паук, рассматривая его с головы до ног, тонкие бледные губы тронула улыбка. — Тебе идут очки. Решил скрыть свою личину?
Сам он практически не изменился, лишь прибавилось пафоса и рубашек с жабо, такие носили в Европе несколько веков назад. То ли мода циклична, то ли Паук слишком сильно отстал.
— Ты. — безэмоционально заключил брюнет вместо приветствия, он скрестил руки на груди. — Думал, пачкать белые кружевные перчатки не в твоем стиле.
В ответ призрак прошлого изящно продемонстрировал свои абсолютно чистые руки, покрытые алебастровой тканью. На пальце блеснуло кольцо с красным камнем.