Вдох-выдох. Ей просто показалось. Нужно поспать.
Кира не сразу заметила на краю кровати черный конверт с тонкими белыми прожилками, раньше она его здесь не видела. Может Виктор оставил его, пока она была в ванной? Внутри, на черной бумаге, различались изящные белые буквы, написанные каллиграфическим почерком.
«Дорогая Кира,
Приношу глубочайшие сожаления. Извини, что убил твоего отца, но того требовала ситуация. Я всегда держал свое слово, в отличие от некоторых… Спасибо, что позвонила вчера, было приятно услышать твой голос. Меня распирает от интереса узнать тебя получше. С нетерпением жду нашей встречи.
Твой К.»
Она перечитала строки несколько раз. Ее трясло, в ушах зазвенело. Осознание, что письмо отправил убийца ее отца окончательно лишило Киру спокойствия. Значит его голос она слышала по телефону. Она закрыла рот рукой, чтобы не закричать, поджала ноги под себя и свернулась на кровати в клубочек, как маленький котенок, ищущий уюта и безопасности.
Ей не убежать от Тьмы. Ее становится все больше и больше.
Глава 6. Кофе и ладан
Похоронная церемония подходила к концу, в воздухе ощущался яркий запах ладана, черная могильная земля пропиталась дождевой водой и стала совсем рыхлой. Вторые похороны за всю жизнь, на которых присутствовала Кира. Она помнила, какими были первые. Тягостными, туманными и болезненными. Вопреки просьбам покойной бабушки, ее тело отпели, хотя при жизни она на дух не переносила священников и плевалась в сторону церквей. Лилия хотела провести вечность на Старом кладбище за лесом, там же, где лежали ее предки, но была похоронена на Новом, недалеко от места, куда совсем скоро погрузят и гроб ее младшего сына. Наверное, бабушка злилась и топала ногами на том свете, ведь во время ее похорон разразилась гроза, сгустились черные тучи на небе и хлынул град. Он бил всех присутствующих по голове, врезался острыми льдинками в кожу и многим гостям даже пришлось искать укрытие.
Прощание с Дмитрием сопровождал мелкий дождь. Небо затянулось сизым полотном, не оставляя ни намека на солнце.
— Боже духов и всякой плоти, смерть поправший и Диявола упразднивший, и жизнь миру Твоему даровавший! — напевал молодой священник с рыжей козлиной бородкой.
Она знала, что Дьявол все еще царствовал на земле. Он существовал в виде своих детей, что убивают в ночи. Кира смотрела в глаза самой Преисподней, пока ее бледные руки сжимали ей шею. Дьявол существовал и в сердцах самих людей, что не знают пощады и жаждут смерти, власти и расплаты. Дьявол таился и в ней самой. Сидел на подсознании, голодный, лишенный подношений, но все еще трепещущий от предвкушения.
— Сам, Господи, упокой душу усопшего раба Твоего Димитрия в месте светлом, в месте блаженном, в месте отрадном, откуда отошли мука, скорбь и стенание. Всякое согрешение, соделанное им словом, или делом, или помышлением, как благой и человеколюбивый Бог, прости.
Но все ли действительно стоит прощать? И так ли плох очищающий огонь мести? Дэмьян жаждал справедливости, и он ее получил. И пусть Кира пока не могла разобраться, чьей рукой свершилось возмездие, знала наверняка, похороны стали чьим-то празднеством, а искусственные цветы украшали чужой триумф, победу настоящего Зла.
— Ибо нет человека, который жил бы и не согрешил, ибо только Ты один без греха, правда Твоя — правда навек и слово Твое — истина.
В назойливых шепотках со стороны гостей угадывались причины, почему лаковый черный гроб оставался закрытым, но Кира пропускала все мимо ушей. Если бы она только знала, что больше никогда не увидит этого лица, не услышит громкий голос… Вместе с отцом умерла ее прежняя жизнь, она была сожжена демоном, сожжена дотла. Девушка не представляла, как ей обернуться птицей фениксом.
Она взяла в руки липкий кусок черной земли.
Бам. Первый комок ударился о черную поверхность гроба. Бам. Бам. Бам. Бам. Последовала вереница следующих. Присутствующие по очереди бросали горсти земли в могилу. Черная змея свесилась с ветки ближайшего к Кире дерева. Так близко, что при желании, смогла бы коснуться ее плеча. Дождавшись, когда всеобщее внимание станет рассеянным, змея юрко нырнула в траву.