По-хорошему, позвать бы кого из меченосцев, чтобы схватили колдуна и волокли в Храм. Но меченосцев поблизости не было.
- Деда, деда, смотри, - зашептала Хлоя.
Тьфу ты, дуры ж! А то он не видит! Старик понадеялся, что колдун развернется и уйдет, но тот, напротив двинулся к балагану. Чего ему надо-то от них?
- Ну как? - спокойно спросил мужчина, подойдя. - Не передумал попутчиков брать?
У Пэйта немного отлегло от сердца. Все-таки говорил чужак спокойно, не злорадствовал, авось, обойдется все.
- Ты это... своей дорогой ступай, не то оружных позову... - сказал балаганщик, стараясь, чтобы в голосе не сквозил страх.
- Так сильно боишься? - хмыкнул незнакомец. - Я же ничего дурного тебе не делал.
- А дорогу кто мне скривил? - мигом вскипел старик.
Но чужак покачал головой:
- Ничего я не кривил. Дорогу ты сам выбрал. А ведь я предупреждал, что лучше моим путем до города ехать. Да ты не послушал.
Балаганщик зло подергал ус.
- Чего тебе надо? Что привязался? Иди, вон, к другому кому.
Мужчина усмехнулся:
- Зачем мне к другому?
- А ко мне зачем? - Пэйт и впрямь не понимал. Да мало ли обозов в городе? К любому примкни и езжай, так нет же.
- С тобой одни бабы и мальчишка. Мне надо доехать до Миль-Канаса.
Старик не понял, какая между этим связь. Его собеседник, видимо, о том догадался и пояснил:
- У меня мало денег, у тебя нет крепкого мужика. Дорога неблизкая. Случиться может всякое. Вместе лучше, чем порознь.
- Не беру я попутчиков, - буркнул Пэйт. - И в Миль-Канас мне не надо.
- Доехать спокойно хочешь? - прямо спросил мужчина.
У балаганщика в груди все снова вскипело. Пугать, значит, вздумал?!
- Ты...
- Со мной доедешь, - просто сказал незнакомец. - Без меня - нет. Ты и сам ведь знаешь - за Фетги места лихие, дорога там приграничная... А что в Миль-Канас не надо, так врешь ты. Куда тут еще податься с твоим балаганом? Много вы в деревнях заработаете?
Сказал, стервец, и глядит! Как мысли прочитал! Знал все это Пэйт. И про дорогу опасную, и про то, что по пути из окраинной Фетги впереди только один стоящий город - дальянская столица. Знал. Оттого и собирался примкнуть со своим балаганом к большому обозу, ибо идти через те холмы в одиночку было верным самоубийством.
- Я могу помочь в дороге. Ты за это возьмешь меньшую плату. Доедем до Миль-Канаса и расстанемся, - тем временем продолжил незнакомец.
Балаганщик нахмурился:
- Ты не беглый ли, парень?
Он цепким взором окинул собеседника: высокий, крепкий, темноволос, но не смугл, а глаза синие, неожиданно яркие. Не понять, каких кровей. Да еще и волосы короткие - в хвост или косу не соберешь. Рабов же (если они не для удовольствий) всегда бреют наголо - от вшей, да и просто, чтобы в глаза бросались.
- Не беглый?
Незнакомец в ответ на это усмехнулся:
- Вольноотпущенник. Выкупился. Домой возвращаюсь.
У Пэйта отлегло от сердца. Вольноотпущенник баловать не будет, ибо за малейшую провинность вернут хозяину - не умеешь свободой дорожить, так и нечего. А лихих людишек, если подумать, мог бы он на него еще вчера вывести в Мертвом лесу. Или ночью, под городскими стенами.
Снова Пэйт оглядел странника, подмечая то, что мог упустить с первого взгляда. Но, как ни вглядывался, ничего подозрительного не увидел. Мужик, как мужик. Злобы в лице вроде нет, в душу влезть и понравиться не пытается. Не лебезит, зубы не заговаривает, на Алессу с Хлоей не пялится. Опять же девчонка с ним.
- А это кто? - кивнула на девку балаганщик. - Жена?
- Сестра, - ответил мужчина.
Лучше бы, конечно, чтоб жена, но сестра тоже неплохо.
- Как звать-то тебя? - спросила Эгда девушку.
Та в ответ лишь беспомощно улыбнулась и посмотрела на брата.
- Безголосая она, - пояснил ее спутник. - Немая. Даже мычать не может. Родилась такой.
Балаганщик вздохнул:
- Ну... ты это... обещай не баловать... - сказал он.
Как будто обещание незнакомого попутчика с темным прошлым могло иметь хоть какую-то силу!
- Обещаю, - сухо ответил собеседник. - Но, узнаю, что сбыть меня с рук хочешь тайком, не взыщи.
Пэйт пожал плечами:
- Вельды вольный народ. Мы людьми не торгуем, Лекка не велит, - а про себя балаганщик с запоздалым пониманием подумал еще, что незнакомец, навязавшийся ему в попутчики, небось, об этом знает, потому и прицепился, как клещ. - Денег-то сколько у тебя?