— Прекрасно, главное не спешить, иначе наделаем ошибок.
Реконструкция Русской армии согласно планам займёт ещё 5–6 лет, жаль что пока непонятно, где её можно проверить.
— Ваше величество, а почему бы не сделать проверку на Австро-Венгрии, когда Пруссия сцепится с Францией и великие державы отвлекутся?
Предложение Горчакова ошарашило, как императора, так и военного министра. Хотя, если заручиться поддержкой Италии и Оттоманской империи, то Австро-Венгрию можно расколоть на части.
Глава 12
Совершенным сюрпризом на рождество прилетел праздничный набор от Е.И.В. Меня произвели в генерал-лейтенанты, подняли в классе до 3-его и вознаградили «в воздаяние трудов, для отечества подъемлемых» орденом святого Александра Невского.
Ещё большим сюрпризом оказалась награда, присланная королём Пруссии, Вильгельмом Первым (явно без Бисмарка не обошлось), а именно Орден Чёрного Орла. Наполеон Третий также почему-то именно сейчас проявился — специальный посланник преподнёс мне достаточно большой крест ордена Почётного Легиона.
— Владимир, да ты теперь фигура европейского уровня, — отметила княгиня Валевская.
— Теперь Вольдемар зазнается и нас не будет замечать, — по-своему восхитился батя.
— Владимир Михайлович всё это заслужил, — признала Тереза Петровна, рискнувшая тоже высказаться.
В отличии от Маши жена моего брата предпочитала молчать и поменьше высказываться, робела отчего-то, хотя и принцесса. Сама Мария Алексеевна вместе с мужем встречала рождество в Петербурге, так сказать, напоследок, чтобы забрав сына вернуться в январе-феврале в Бухарест.
Ещё из столицы Российской империи я получил секретный пакет от Горчакова, содержанием которого я ни с кем не поделился. Нет, там не пара сотенных купюр, как многие могут подумать, там описание очередного взбздыня, посетившего натруженную голову царя-батюшки. А именно просьба приказного толка проанализировать идею и выдать заключение, желательно с подробностями и при возможности положительное. Приписка гласила, что в конце февраля ко мне на день варенья прибудет Горчаков, которому я должен буду дать необходимые разъяснения и передать пакет предложений по реализации инновации.
В принципе можно сразу отправить «не рекомендую, так как не успеете подготовиться», но Александру нужен подробный ответ, а не отписка. Придётся угомонить монарха тщательным разбором полёта, который не состоится.
А пока мы имеем танцульки, обжираловку и пустопорожнюю болтовню.
— Владимир Михайлович, какие у вас планы по Сербии? Правда ли что выкупив Срем вы отдадите его княжеству бесплатно?
Как я люблю тех, кто случайно услышал новое название, тут же открыл википедию и сразу высказал мнение, якобы он в теме, причём очень глубоко. И хотя информационного викиблудия ещё не существует, но самые «знающие» уже имеются в солидном количестве.
Помню сколько «профессоров» высказывалось по поводу той же Трансильвании, мол, она не такая, как господарю кажется. А после того, как я её выкупил, они же утверждали, что вернули меня на бренную землю, заставив урезать осетра. Пусть даже не совсем в таких выражениях, но по смыслу то же самое.
— Сначала нужно дождаться, когда этот Срем будет де-факто освобождён от австрийского владычества и лишь потом им распорядиться.
— Но это же невыгодно и неразумно.
— Зато я получу водную границу, что удобнее. Да и Австро-Венгии проще, когда нет оторванного от империи кусочка территории о которой нужно заботиться.
Тут уж подключились ещё специалисты и начали толковища на тему «с какого конца нужно свареное яйцо разбивать». Посыпались исторические примеры, упомянули об имеющихся параллелях, а в итоге добрались до Баната.
— Ваше высочество, а почему бы не ввести принципат в состав Романии?
— Таковы условия Бухарестского конгресса.
— Но можно же сделать вид, как будто Банат независим, а на самом деле управлять им вместе с нашей страной.
На рождественский бал пришлось пригласить сторонних людей, чтобы соблюсти приличия, а они до сих пор не знают подспудные планы действий. Вот и приходится лавировать в информационных потоках. Слава богу, что всё хорошее рано или поздно кончается, как и плохое. Еождество перетекло во встречу Нового Года, которая стала нашим тайным дополнительным праздником в последнее время.