Ковбой нахмурился, переводя взгляд с ошейника на его лицо. Его глаза скептически всматривались в Блэка.
— Ты меня даже не знаешь, брат.
— Я хорошо разбираюсь в людях.
Ковбой фыркнул, качая головой. Он наклонился поближе, в этот раз ощупывая ошейник пальцем и смотря туда, где он соединялся с основанием черепа Блэка.
— Ты прежде сталкивался с таким? — переспросил он.
— Да.
— То есть, люди частенько надевают на тебя ошейники?
Блэк не ответил. И все же он знал, что возможно, раскрывает слишком много. Это был просчитанный риск. В худшем случае он, возможно, сумеет заручиться помощью Счастливчика, чтобы стереть или притупить воспоминания Ковбоя, но он надеялся, что до этого не дойдёт.
В любом случае, хотя бы сейчас он нуждался в помощи.
Ковбой всматривался в его лицо, хмурясь.
— Из чего это сделано?
— Я не знаю, — это было более-менее правдой.
Ковбой изучал ошейник ещё несколько минут.
Затем, откинувшись на скамейку, он покачал головой, тихо присвистнув.
— Я никогда раньше не видел такого металла, брат. Ты знаешь, что он зелёный? Цвет не показывается, пока солнечный свет не упадёт под нужным углом, но он определённо зелёный… почти как перо павлина. Там есть медь?
Блэк покачал головой.
— Я честно не знаю. Я не могу ответить на любые вопросы о том, как это сделано или из чего, но хотелось бы мне знать. Если мы его снимем, я намереваюсь забрать его с собой и посмотреть, что сумеют выяснить мои люди.
— Твои люди? — Ковбой весело посмотрел на него. — У тебя есть люди?
— Да.
— Как ты тут очутился?
— Это произошло не через судебную систему, скажу тебе я, — Блэк снова ровно посмотрел ему в глаза. — Если ты поможешь мне снять его, я смогу вытащить нас обоих. Это обещание.
Ковбой продолжал хмуриться. Затем он протянул руку, потирая поверхность ошейника большим пальцем.
— Выглядит почти как камень. На ощупь тоже как камень… как будто они отполировали какую-то гальку. Ощущается скорее как стекло, чем как камень, — он взглянул Блэку в лицо. — Но он тёплый. Почему он тёплый? Это от электроники внутри?
Блэк пожал плечами.
— Я не знаю, — сорвал он.
Как бы он ни нуждался в доверии Ковбоя, он не мог рассказать этому человеку, что ошейник, скорее всего, был тёплым потому, что имел в себе органические, живые компоненты вдобавок к мёртвым. То есть часть ошейника была живой. Это при условии, что он работал так же, как ошейники на Старой Земле, а похожий на камень, переливающийся радугой, зелёный металл наводил Блэка именно на такие мысли.
Он понятия не имел, кто строил органические машины на этой версии Земли, но намеревался выяснить. Если эта штука сделана из того же, что и ошейники дома, то кто-то мог разводить людей или видящих для органов.
Когда он заговорил в следующий раз, его голос прозвучал резче.
— Извини, что я не могу сказать тебе больше, — произнёс Блэк. — Это может измениться, если мы выберемся отсюда. Однако ты прав. Любой инструмент, имеющийся в твоём распоряжении, должен быть достаточно сильным, чтобы прорезать камень. И острым. А внутренности ошейника, скорее всего, будут влажными. Мягкими, во всяком случае.
Ковбой сморщился, все ещё глядя на ошейник.
— Влажными? — спросил он. — Что там внутри, блядь?
Блэк покачал головой.
— Этого я тоже не могу тебе сказать.
Ещё несколько минут Ковбой разглядывал ошейник. Он тянул за него, заставляя Блэка вздрогнуть от боли. Однако тот не жаловался. Он хотел, чтобы Ковбой как можно лучше его изучил.
Спустя ещё несколько секунд другой мужчина откинулся назад, опираясь локтями на верхние трибуны. Он выдохнул, прищурив глаза, как будто раздумывая.
— Охранникам не нравится, что я смотрю на эту штуку, — заметил он, склоняя голову в сторону вышки. — Они начали наблюдать за нами, как только увидели, что я проявляю интерес. Думаю, они изрядно потрудятся, чтобы сохранить эту штуку на тебе, брат.
Блэк кивнул.
— Да, — только и сказал он. — Полагаю, ты прав.
— И ты не собираешься говорить мне, кто ты?
Блэк пожал плечами, встречаясь с ним взглядом.
— Тебе бы это ничего не сообщило, если бы я сказал, — ответил он. — Но у меня есть связи. Я могу помочь тебе, если ты поможешь мне.