— Из Кента? — решила уточнить я.
– Нет, из Йоркшира. – медленно протянула Викки, учительским тоном. – Дорогая, тебе нужно хорошенько подтянуть генеалогию. Если ты «плаваешь» с английской аристократией, то я даже боюсь представить, что ты знаешь о высшем свете других стран.
– Прости, я завтра же сяду за книги, – виновато пробормотала я.
Сестра недовольно на меня посмотрела. От выслушивания нотаций меня спас вернувшийся Томас.
– Я взял программки, – сказал он, протягивая нам во узкому листу бумаги. – Предлагаю подняться в ложу. Чарльз с супругой уже там и они жду нас.
Мы последовали за ним. На лестнице было много людей и приходилось ступать аккуратно, чтобы ненароком не наступить на чье-нибудь платье. Толпа двигалась довольно медленно из-за чего я невольно подслушала беседу впереди идущих джентельменов. Они обсуждали реформу здравоохранения. Среди них особенно выделялся темноволосый мужчина с тихим, но четким голосом, позиция которого больше всего мне откликалась. Неожиданно, словно почувствовав, что в их беседе незримым образом присутствует кто-то еще, он обернулся и окинул взглядом стоящих рядом людей. Я тут же трусливо отвела взгляд. Однако, мне хватило нескольких секунд, чтобы его рассмотреть. Он был высоким, стройным и с темными слегка вьющимися волосами. Несмотря на разделявшее нас расстояние, я разглядела, что у него резко очерченный волевой подбородок. В его голосе, в его манере держаться было нечто такое, что вызвало в моей душе неясный отклик. Чуть-чуть осмелев, я стала рассматривать его фигуру из-под ресниц. Мой маневр не укрылся от сестры.
— Красив не правда ли? — полушепотов спросила Викки.
— Кто это? — таким же полушепотом спросила я, не ответив на вопрос.
— Лорд Энтони, герцог Маубери, с недавнего времени, — ответила она. – Один из самых завидных холостяков Лондона. Если оглядишься, то увидишь, какими плотоядными взглядами его награждают матроны семейств, у которых есть дочери на выданье. Боюсь, нам он будет не по зубам.
Я промолчала.
Его имя задело какую-то струну в моей памяти. Это было похоже на дежавю. Я стала припоминать когда и при каких обстоятельствах я могла слышать это имя. Но так и не смогла вспомнить. Вероятно, я когда-то читала о нем, решила я.
Вестибюль второго этажа развел нас с герцогом в разные стороны. Мы вошли в ложу знакомых Томаса и после необходимых расшаркиваний заняли свои места. Спектакль начался.
К большому своему сожалению, я была вынуждена признать, что постановка меня… разочаровала. Томас оказался прав. Поэтому, когда сестра с мужем предложили мне покинуть театр после первого акта, я согласилась не раздумывая.
Не желая выказать неуважение, мы пригласили сэра Чарльза с женой присоединиться к нам за фуршетом в одной из кабинок во время антракта. Потягивая шампанское, я всеми силами старалась скрыть свое разочарование. Я возлагала большие надежды на посещение театра, но всё было тщетно.
Очевидно, спектакль не понравился не только нам: в холле первого этажа, куда мы спустились, было многолюдно.
– Так я и думал, – хмыкнул Томас, принимая из рук лакея пальто.
Выйдя из здания театра и направившись к поездной дорожке мы были неприятно удивлены: ее буквально заполонили экипажи. К нам подбежал наш кучер.
– Сэр, прошу прошения, но ваш экипаж заблокирован другими каретами. Придется обождать или можете немного пройтись вниз по улице, я смогу вывести экипаж туда.
Томас кинул вопросительный взгляд на нас:
– Ну что, дамы? Прогуляемся немного? – сказал он.
– Я не против, – ответила Викки.
Я просто кивнула. Небольшая прогулка выглядела намного привлекательнее пустого стояния на улице.
Неспешным, прогулочным шагом мы направились вдоль дороги. Впереди нас маячила чья-то фигура: видимо, кто-то тоже не стал дожидаться экипажа вместе со всеми и решил прогуляться.
– Ба, да это же герцог Маубери, – вдруг воскликнул Томас. – Энтони!
Шедший впереди мужчина обернулся. Я сразу же узнала в нем незнакомца на лестнице.
Дождавшись, когда мы с ним поравняемся, герцог неожиданно тепло поприветствовал Томаса:
– Ворфилд, вот так встреча. Рад тебя видеть, – сказал он, пожимая руку моего зятя.
— Вы знакомы с моей женой? — спросил Томас. — А это моя свояченица леди Роза де Брукк.
Лорд Энтони пожал руку моей сестре, потом повернулся ко мне. Я вложила свою руку в его, и у меня перехватило дыхание от разом обрушившихся непонятных ощущений.