— Это свайные домики водяников. Слышал о таких?
— Конечно, слышал. Только сталкиваться мне с ними до этого не приходилось.
— Стало быть — тебе повезло.
— Почему?
Иншаси поморщился, словно проглотил что-то горькое, и объяснил:
— Они мерзкие пакостники.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Пакостить они любят. Причем делают это из чистой любви к искусству. Водяники совершенно неспособны перерезать горло тому, кто решится у них переночевать, и не возьмут у него в благодарность за гостеприимство даже монетки. Но…
Старик поднял над головой указательный палец.
— Но… — поддакнул Алвис.
— Но какую-нибудь штуку они с тем, кто решит к ним заглянуть, учинят обязательно. Либо ночью тайком приклеят подошвы сапог гостя к полу, так что, обувшись, он рискует упасть и сломать ногу, либо выкинут что-нибудь еще почище. Вот такие они, эти водяники. С ними ухо надо держать востро.
— Понятно, — промолвил Алвис. — Водяники, похоже, создания довольно неприятные. Только к чему ты мне это все рассказываешь?
— А к тому, что ты можешь спрятаться у них от преследователей. Они гостям рады, и даже очень.
Сказав это, старик криво ухмыльнулся. Алвису его ухмылка совсем не понравилась.
— Ну уж нет, — сказал он. — Лучше я…
— Предпочтешь попасть в лапы тех тварей, что за тобой гонятся? — продолжил за него старик. — Скатертью дорожка. Только прежде хорошенько все обдумай. Водяники тебя не убьют. Ну, может, немного позабавятся. Если ты будешь все время настороже, то большого урона не понесешь. Несколько синяков и шишек, не более. Взамен ты получишь надежное укрытие, поскольку твои преследователи плавать не умеют.
Алвис почесал затылок.
Ему приходилось сталкиваться с самыми разными шутниками. Не любил он их. Некоторые были ничуть не лучше курули.
— А другого варианта нет? — поинтересовался юноша.
— Есть, — снова вмешался в разговор Дьюк. — Ты можешь вернуться в гостиницу. Вот только, прежде чем ты до нее доберешься, тебя раза три успеют слопать курули. Поэтому тебе ничего не остается, как отправиться к водяникам.
Однако Алвис сдаваться не собирался. Мысль о том, что снова придется куда-то плыть, его не вдохновляла. Да и водяники, судя по словам иншаси, не являлись образцами кротости и гостеприимства.
— А этот пароход? — Алвис кивнул на судно из древесного листа.
— Этот? — иншаси тонко усмехнулся. — Ты считаешь его менее опасным, чем дом водяника?
— Считаю. Предсказатель пожал плечами:
— В таком случае отправляйся на него. Кто тебя держит?
— Матросы, — объяснил Алвис. — Их нужно отвлечь. Пока они глазеют на трап, я не могу пробраться на корабль.
— Ага, матросы, — задумчиво проговорил предсказатель. — Ну, отвлечь их я смогу. Это нетрудно.
— Так отвлеки их! — воскликнул Алвис. — И побыстрее.
Он оглянулся и увидел, как из переулочка, расположенного шагах в трехстах от причала, вышли несколько устрологов. Торопливо, чуть ли не бегом они двинулись к толпе предсказателей.
Устрологи? Как бы не так! Уж Алвис-то знал, кто это такие.
— Если ты твердо решил пробраться на этот корабль, я должен тебя предупредить…
— Мне некогда, — перебил иншаси Алвис. — Мне очень некогда. Приступай к делу.
Старше сплюнул в воду и бросил на юношу косой взгляд.
— Хорошо. Я это сделало. Хотя бы для того, чтобы мне больше никто не мешал предаваться моим размышления, которые…
— Это я уже слышал, — быстро сказал Алвис. — Дед, давай действуй. Прошу, начинай.
Старик пожал плечами:
— Ладно, ступай к трапу и будь наготове. Мне придется применить совершенно неизвестный в этом мире способ, который я вывел, исследуя второе отклонение от обычного порядка совокупности случайного расположения совершенных фигур.
Алвис еще раз оглянулся. Расстояние между псевдоустрологами сократилось вполовину. У него в распоряжении осталось не более пары минут.
— Ступай, — приказал иншаси.
Алвис подошел к трапу и бросил на старика умоляющий взгляд. Если тот и в самом деле хотел ему помочь, то пора было начинать.
Иншаси вознес над головой руки, пару раз ими взмахнул и произнес несколько слов на незнакомом языке. Тотчас же перед стоявшими на палубе парохода матросами повисло туманное облачко. Вот оно стало сжиматься, перекручиваясь наподобие белья, которое выжимает дюжая прачка, потемнело и превратилось в красивую девушку. Сладким голосом, томно поводя глазами, красотка затянула: