— Представь себе, именно так. Судя по ее нитям, она начала баловаться наркотиками задолго до того, как попала на корабль маркиза. Я хорошо изучил тех, кто принадлежит к категории его… гм… гостей. Никого он не похищает. Они приходят сами. Будь уверен, твоя знакомая оказалась на корабле тоже добровольно.
— Ты хочешь представить его этаким невинным птенчиком, который не ведает, что творит? — спросил Алвис.
Хозяин харчевни сгрузил с подноса на их столик две огромные тарелки, доверху наполненные жареным мясом, и два высоких тонкостенных стакана с морсом. Сообразив, что посетители разговаривают о чем-то важном, и не желая им мешать, он прошел в дальний угол харчевни.
Толгрим и Алвис моментально вооружились вилками. Прожевав первый кусок, Толгрим сказал:
— Вовсе нет. Проблема в другом. Маркиз безусловно причиняет зло. Но каким именно образом? Он не ловит свои жертвы, не нападает на них из-за угла и в то же время является хищником. Кстати, в этом мире хищники встречаются буквально на каждом шагу. Все дело в том, как именно они охотятся. Кто-то использует для этого нож или пистолет, кто-то слова. Слова могут быть более эффективны, чем любое оружие. Кто-то уничтожает своих ближних с помощью денег. Маркизу не нужно ни первого, ни второго, ни третьего. Можно сказать, что он обладает уникальным оружием. Действует оно безотказно.
— Видел я его оружие, — пробормотал Алвис. — Ничего уникального в нем нет. Обычный набор инструментов для пыток. На великой цепи существует множество миров, в которых пытки разрешены официально.
Толгрим небрежно махнул рукой и отправил в рот еще один кусок мяса.
— Маркиз пускает в ход инструменты для пыток, когда дело уже сделано. Я имел в виду совсем другое, более мощное оружие. Его славу. Конечно, она не является, так сказать, всеобщей. Простые люди о маркизе скорее всего и не слышали. Но… — Толгрим поднял вверх указательный палец, — …те, кто способен оказаться его подопечным, о маркизе слышали, и очень много. Это, так сказать, «ползучая слава». Вот что является его оружием.
— Все равно, не понимаю я тех, кто получает удовольствие, когда его унижают, когда ему причиняют боль, — Сказав это, Алвис вспомнил водяников и содрогнулся.
Может, и в самом деле маркиз просто очень умный и поэтому жутко могущественный водяник? Нет, тут нечто другое. Водяники, скорее, всего, издеваются над попавшими к ним в лапы людьми в силу того, что их, этих людей, боятся. А маркиз? Что им руководит? Презрение ко всем людям без исключения? Может быть, он получает удовольствие, уничтожая их такие уязвимые тела? Или дело в чем-то другом?
— Я споткнулся на способе, с помощью которого он ловит жертвы. Вампир, выманивающий ночью из дома ребенка, чтобы полакомиться его кровью, — говорил Толгрим, — прилагает к этому определенные усилия. Черный маг, управляющий людьми с помощью раскинутой им сети из нитей судьбы, должен ею управлять, должен питать ее энергией, иначе она исчезнет. Маркиз поддерживает собственную славу всего лишь своим существованием. Этим он отличается от вампира или черного мага.
Алвис подумал, что Толгрим говорит все это больше для себя, чем для него, его ученика. Наверняка, рассказывая ему про маркиза, он одновременно словно бы еще раз проверяет сделанные когда-то давно выводы.
— Кстати, — сказал юноша, — расскажи-ка мне поподробнее об этих черных магах. По-моему, ты приехал в этот город для того, чтобы убить одного из них?
— Потом, — продолжая поглощать мясо, проговорил Толгрим. — Сначала я закончу рассказывать о маркизе. И вообще, советую слушать меня очень внимательно. Твоя учеба началась. Смекаешь?
— Еще бы, — солидно сказал Алвис. — Смекаю и готов слушать что угодно. Даже если тебе вдруг захочется пропеть все гимны туманных островов, один за другим.
— Задница ты тираннозавра… Ладно, слушай.
Толгрим сделал паузу, чтобы прожевать особенно большой кусок мяса, и продолжил:
— Вот тут я и влип. Мне удалось определить оружие, с помощью которого маркиз отлавливает свои жертвы. Пусть он и не прилагает никаких усилий для того, чтобы его оружие работало, оно все же действует. Стало быть, мне оставалось только определить, является ли это оружие неестественным.
— Как это? — Алвис отхлебнул из стакана.
Морс и в самом деле был на вкус недурен. Судя по всему, его делали из каких-то необычных ягод.
— Очень просто. Любой хищный динозавр добывает себе пропитание с помощью клыков и когтей. Это, так сказать, естественный способ. Вампиры, оборотни, василиски и прочая нечисть добывают пищу с помощью своих необычных способностей. Без них они подохнут от голода. Понимаешь?