- Да мне и самому не очень, если честно, - усмехнулся Степан. - Слишком тяжёлая энергетика, слишком невесёлые воспоминания. Но я, наконец, избавился от всего этого, и скоро обрету полную свободу. Чуть-чуть не успел. Надеялся, что успею уйти неузнанным.
- Стёпа, ты какие-то ужасные вещи говоришь! - Юля почувствовала, что вот-вот заплачет, как маленькая, отчаянно и испуганно.
А ещё хвастала, что ничего не боится!
- Прости, Юлька, я тебя испугал. Ты поняла меня превратно. Привычка нагнетать и некоторое позёрство - это у меня в крови, без этого никак. Это одна из самых важных составляющих моей работы. Теперь давай вернёмся и пойдём в беседку? Продолжим разговор там. А то я упущу нужную кондицию углей в мангале, и придётся начинать всё заново.
Юле и самой не терпелось уйти с мрачного пустыря, потому она не стала спорить.
- Степан, - пока хозяин дома занимался шашлыком, Юля всё же решилась на этот вопрос, самый важный для неё в данный момент. - А что сегодня произошло бы между нами, если бы я не повела себя так по-идиотски?
- Ты не вела себя по-идиотски. Ты выполняла свою работу. Наверняка же ты здесь находишься в командировке, которую оплатил твой работодатель? А значит, по-другому ты поступить не могла. Это главное, а всё остальное - лишь частности.
Глава третья
- Нет! - Юля опять не выдержала и перешла на крик. - Да что ты за человек-то такой, Степан?! Невозможный! Невыносимый!
Степан выложил мясо из решётки в глубокую тарелку, подвинул Юле хлеб и нарезанные овощи.
- Давай пообедаем, Юля. Надеюсь, ты мне доверяешь? Ведь мы это всё вместе покупали в супермаркете.
- Я тебе доверяю, но у меня аппетит пропал, - покачала головой Юля, хоть и понимала, что разжалобить Степана не получится, так же, как и достучаться до него.
Потому ни к чему актёрствовать. Тяжело вздохнув, Юля нарочно взяла рукой кусок мяса из общей тарелки, взяла хлеб и начала есть. Хуже, чем сейчас, вряд ли будет, всё безнадёжно испорчено, всё потеряно. Потому ей стало всё равно, что подумает о ней Степан.
Ему же, кажется, наоборот понравилось то, что он увидел. Юля поняла это по блеску его глаз. Никогда ей не понять этого человека! Оттого, видимо, он и влечёт её настолько мощно, и она не в силах сопротивляться этому влечению.
Харизматичный и яркий Полевой, например, не влечёт, хотя в него влюблены почти все женщины их отдела, в том числе, подруга Юли, Алина. И всем плевать на то, что он женат. А Степан, которого, увидев впервые, так сразу и не заметишь, занял всё пространство в душе́ и в сердце Юли.
Так они и съели всё мясо, доставая куски руками из общей тарелки. Потом умылись, и Степан попросил Юлю включить диктофон.
- Зачем? - умоляюще спросила Юля, которую опять начали мучить тяжёлые предчувствия.
- Тебе ведь нужно интервью? Я готов его дать.
- Не надо, Стёпа, я не хочу.
- Я не могу допустить того, чтобы ты вернулась в Москву с невыполненным заданием, - твёрдо сказал Степан.
И Юля опять не смогла ослушаться.
- Сначала я расскажу тебе всё о себе, а потом ты задашь интересующие тебя вопросы, хорошо?
- Хорошо, - обречённо кивнула Юля, которая уже приняла решение.
- Меня зовут Степан Сергеевич Елисеев, мне двадцать шесть лет. Я родился и вырос в этом городе. Мои родители поженились, будучи очень молодыми. Мама забеременела мной, когда училась на первом курсе техникума, а отец как честный человек женился на ней. Они учились в одной группе. Мама перевелась на заочное отделение, а отец доучился очно и начал работать. Когда мне было три года, отец уехал в командировку в Казахстан и познакомился там с другой женщиной. Вернулся только для того, чтобы уволиться с работы и развестись с мамой. С тех пор я его не видел, хотя алименты он платил исправно. Сначала алименты получала мама, потом, позже, - бабушка и дед. Когда мне исполнилось шесть лет, мама вышла замуж и уехала с новым мужем на его родину, на юг. Меня она оставила здесь, потому что новому мужу "прицеп" нужен не был, а мама этого нового мужа очень полюбила и слушалась во всём. Конечно, она тоже присылала мне и посылки, и деньги, но когда я повзрослел, запретил ей присылать это всё для меня. У неё после меня родились ещё трое детей, им нужнее. Когда мне было десять, не стало бабушки, а через год дед, которому тогда было всего пятьдесят пять, женился на шестидесятилетней вдове, тёте Тане. Единственный сын тёти Тани, которому тогда было уже за тридцать, давно уехал за границу, а о матери знать не желал. Именно тётя Таня заменила мне мать. Я её так и называл: "мама", и считал своей матерью, и сейчас считаю. Мама переехала в этот дом, к нам с дедом. Свою квартиру она продала, а деньги они с дедом вложили в покупку того участка, что за забором, и в начало строительства. Однако, когда мне было семнадцать, не стало и деда - сердце подвело. Мы остались с мамой Таней вдвоём. Я окончил колледж, отслужил в армии и вернулся, начал работать. Мы мечтали достроить дом, в память о дедушке. Однако мама Таня серьёзно заболела, и лечение съедало все свободные деньги. Продавать участок мама категорически отказалась, а я не смел настаивать - это подкосило бы её, мечта держала её на плаву. Я разыскал её сына, написал ему о болезни матери, но он ответил примерно следующее: тебя она вырастила, ты и помогай ей. Я старался. Хватался за любую работу, в том числе, в интернете. Тогда я и начал вести свой блог, хотя он и приносил сначала сущие копейки.