Однако оно напоминало его.
По правде говоря, оно чертовски на него походило.
Одетый в длинный тяжёлый плащ, больше похожий на то, что я видела на вампирах, чем на то, что носил сам Блэк, мужчина смотрел лицом вовнутрь пещеры, а спиной стоял к огромному солнцу, которое занимало большую часть стены. Я смотрела в лицо мужчины, на его взгляд, адресованный нам и словно смотрящий прямо сквозь меня. Слабое свечение его глаз, жёсткие черты лица, поза — все это придавало ему свирепый вид, сходство с каким-то дьяволом.
Или богом, может быть.
Однако чем дольше я смотрела, тем больше сомневалась, что это действительно изображение Блэка.
Оно походило на него — в своём роде — но слишком многие детали не совпадали.
Это была более жёсткая, более худая, менее красивая версия Блэка.
Вместо красиво очерченных губ Блэка губы этого мужчины были тонкими. Это все равно были губы хорошей формы, губы видящего, но не такие, как у Блэка. Его лицо было более угловатым, менее гармоничным, чем у Блэка. Его глаза были не того цвета — почти прозрачные, стекловидные глаза с лёгким оттенком зелёного света в центре. У него были длинные, косматые черные волосы — более длинные, чем я когда-либо видела у Блэка.
От деталей перехватывало дыхание.
Кем бы ни был этот мужчина, он выглядел прямо-таки смертоносным.
Он также выглядел определённо как видящий.
Свет исходил от кончиков его пальцев там, где он протягивал руки — тот же зелёный свет, который лился из его хрустальных глаз.
Я гадала, не был ли он вампиром с такими-то глазами — но это казалось неправильным.
Он действительно был похож на Блэка.
Он похож на Блэка — и в то же время не похож.
Позади себя я услышала тихий присвист.
Я повернулась, только тогда осознав, что стою с наведённым пистолетом, полуприсев в центре пещеры — почти как будто ожидала, что фреска на меня нападёт.
Джозеф, Истон, Фрэнк и Пёс все уставились на мозаику, широко раскрыв глаза. Затем, как будто их головы были привязаны к одним ниточкам кукловода, они повернулись, уставившись на Блэка.
— Это ты? — спросил Пёс. — Твою ж мать, чувак. Это ты.
Я покачала головой, хмурясь и опуская оружие.
— Это не он.
— Это чертовски на него похоже, — заметил Джозеф, стоя прямо за мной.
Я слегка нахмурилась, посмотрев на него. Когда я взглянула на Мэнни, затем на Энджел и Ковбоя, я увидела, что они смотрят на меня слегка извиняющимися взглядами, пожимая плечами.
— Похоже, — признала я с раздражённым вздохом. — Но это не он, ясно? — я показала на мозаику, разозлившись по причине, которую не могла описать. — Глаза не такие. Рот не такой. Лицо не совсем такое…
— Это может быть родственник? — спросила Энджел, хмуро глядя на фреску. — Типа, предок или что-то такое? Потому что это охереть как жутко, док.
Взглянув на неё, я продолжала хмуриться.
Однако у меня не было хорошего ответа.
Впервые за это время я взглянула на Блэка.
Он тоже хмуро разглядывал фреску.
Почувствовав на себе мой взгляд, он повернулся, выгнув бровь.
— Я красивее его, — сказал он, наградив меня полуулыбкой.
Я издала невольный смешок.
Только тогда я полностью опустила пистолет к своему боку. Я не осознавала, что все ещё слегка целилась вперёд, пусть и в землю — обе моих руки стискивали оружие, а пальцы лежали прямо над курком.
Затем я повернула голову, осматривая остальную часть пещеры.
— Где мы? — спросила я, стараясь выбросить фреску из головы. — Это тупик?
Блэк покачал головой.
Выйдя из поля моего зрения, он наклонил голову в сторону каменистого коридора, который он обнаружил. Тот был уже и ниже, чем последний коридор.
— Думаю, конец линии там, док, — сказал он.
Посмотрев мимо меня в коридор, я лишь кивнула.
Я тоже это чувствовала.
В этот самый момент земля под нашими ногами затряслась.
Она перекатывалась так сильно и резко, что я вскинула руки, хватаясь за того, кто оказался ближе всего ко мне — Мэнни.
Ковбой подошёл к нам обоим сзади, схватив нас за руки, и мы втроём вместе удерживали равновесие на трясущейся и перекатывающейся земле, согнув колени и полуприсев к полу, пока все это продолжалось.
Я видела, как некоторые из людей Джозефа спотыкаются и падают.
Блэк схватился за ближайшую к нему стену, пока свет факелов подрагивал от песка, который сыпался вокруг нас из трещин в каменистых стенах. Я поймала себя на том, что смотрю вверх, оценивая прочность каменного потолка над нашими головами. Я не видела, чтобы образовывались большие трещины и тем более расселины, даже вокруг округлых краёв комнаты, но это ещё не значит, что я успокоилась.