- А если действовать обходными путями? – после недолгих раздумий спросила Трикси. – Например, заручиться помощью его подруги. Как, ты говорил, ее фамилия? Грэйнджер? Помнится, я слышала от Слизнорта о знаменитом основателе «Сугубо Экстраординарного Общества Зельеварителей» Гекторе Дагворт-Грейнджере. Вполне возможно, девочка является его родственницей, а потому не такая она и магглорожденная. Отыщем ее родных и попросим отправить дочери в школу посылку с полезными вещами, куда положим укрепляющих зелий специально для Гарри. Вряд ли это привлечет внимание директора, а здоровье мальчика постепенно пойдет на поправку. Что скажешь, Сири?
Энтузиазм Трикси меня порядком удивил. Если честно, сам я не горел желанием взваливать на себя ответственность за жизнь сироты, пускай много лет назад и обещал стать для Гарри приемным отцом, если вдруг Джеймс отбросит копыта. Та клятва в маггловской церквушке, произнесенная по настоянию Лили, была простой формальностью, не заверялась магией и не требовала от меня немедленного исполнения. У нас ведь не махровый фанон, в котором обет Блэка частенько выступает подтверждением его невиновности, поскольку, как водится, клятва крестного отца не позволила бы навредить крестнику!
Данный штамп был рожден неспособностью графоманов придумать логичную оправдательную базу для персонажа и вызывал у меня лишь улыбку. Как и глупые фикрайтерские объяснения любого проявления дебилизма канонного Сириуса «откатом» от нарушенного обещания. К счастью, в нашей реальности не существовало Разумной Магии, Родовой Магии, Матери Магии и подобных им высших магических сучностей, следящих за выполнением клятв, поэтому я имел полное право забить на свое обещание.
Единственное, что меня останавливало – жалость. Когда я впервые увидел Гаррика, у меня в сердце ничего не екнуло. И было бы странно сходу проникаться отцовской любовью к пацану, выросшему из милого вихрастого карапуза, которого я последний раз держал на руках больше десяти лет назад. Но чуть погодя, когда я предметно оценил плачевное состояние его тела и одежды с обувью, у меня проснулось искреннее сочувствие к сироте. Мелкого Поттера было чисто по-человечески жалко. Как бездомного котенка. Поэтому инициативу кузины, у которой внезапно проснулся материнский инстинкт, я решил поддержать:
- Идея неплоха, но дьявол, как известно, кроется в деталях. Как ты планируешь отвечать родителям девочки на их логичный вопрос – почему мы сами не можем отправить посылку ее другу? Сразу учти, использовать на них «империо» я не позволю. Они еще толком не отошли от «конфудуса» МакГонагалл, которая забрала у них дочку.
- Какого еще «конфудуса»? – удивленно вскинула бровки Беллатрикс.
- А разве ты не в курсе? – аналогично удивился я и принялся делиться старыми школьными сплетнями: - По слухам, кошка занимается подобным уже много лет. Нет, поначалу Минерва, на которую Дамблдор взвалил почетную обязанность рассказывать магглорожденным и их родне о магическом мире, подходила к работе с душой, терпеливо отвечая на вопросы магглов. А те пытали профессора со всем старанием, ведь какому родителю понравится мысль отдать своего ребенка в какую-то странную школу? С полным пансионом, исключающим личные встречи, с отсутствием привычных предметов, которые ставят крест на получении нормального образования, и с туманными перспективами после окончания обучения. Поэтому если маленькие волшебники быстро приходили в восторг от фокуса со свиньей и были готовы ехать, куда угодно, то взрослые люди, уже начавшие откладывать деньги на учебу своих отпрысков в приличном институте, любое заявление МакГонагалл принимали в штыки. Вот кошка и повадилась экономить время, сходу награждая магглов «конфудусом» и устраивая детям незабываемую экскурсию по Косому Переулку. Мне парни с Гриффиндора рассказывали, что их родители после визита декана месяцами не могли прийти в себя, периодически повторяя, как они счастливы, что их сын отправится в Хогвартс.
- Как-то мерзко получается, - нахмурилась кузина.
- Такова официальная политика Министерства Магии, - развел я руками. – Этим нехитрым способом в вены общества Магической Британии вливается свежая кровь, существенно экономя бюджетные средства. Ведь проще показать наивному ребенку ожившую сказку, чем заниматься просветительской работой, организовывать дошкольные курсы для маленьких магов и снабжать их всеми необходимыми знаниями.
- Ага, а потом эти дети приходят к нам со своим видением мира и хором кричат, какие мы отсталые и дремучие. Даже не пытаясь понять, на чем основаны наши традиции, сходу отторгая нашу культуру и не желая принимать написанные кровью законы магического общества! – мрачно констатировала девушка. – Нет, Лорд был абсолютно прав – всю эту гнилую систему нужно рубить на корню! И начинать следует прямо сейчас. Раз уж мы решили помочь твоему крестику через его подругу, станем действовать открыто. Когда разыщем чету Грейнджер, я представлюсь их дальней родственницей, проживающей в мире волшебников. Уверена, в генеалогическом древе супругов точно отметился какой-то маг или сквиб, а Блэки приходятся родней почти всем старым британским семействам, так что мне даже врать не придется. Снимем последствия «конфудуса», просветим бедных людей насчет царящих в магическом мире порядков, наведем контакты с Гермионой. Ты уже выдал ей полезную литературу, а я на правах старшей родственницы смогу просветить девочку насчет нюансов, о которых обычно не пишут в книгах. Ну и заодно попрошу ее помочь Гарри. Как тебе план?
- Годится, - кивнул я. – Осталось только найти Грейнджеров.
- А ты что-нибудь знаешь о них, кроме фамилии?
Вспомнив текст канона, я уверенно ответил:
- Они дантисты, довольно обеспеченные, имеют собственную стоматологическую клинику, так что номер их телефона точно присутствует в справочнике. Если тебе не терпится, можешь сама отыскать их контакты, пока я буду прогуливаться по Запретному Лесу.
На лице Трикси появилось волнение:
- А можно, я отправлюсь с тобой? Я ведь не хуже Тони владею боевой магией и тоже смогу прикрыть тебе спину в Запретном лесу!
Я покачал головой:
- Прости, родная, но в этот раз я пойду на дело только с Кричером, поскольку мантия-невидимка у меня одна, а единороги – создания крайне пугливые.
Кузина явно хотела мне возразить, но тут громко хлопнула входная дверь, а спустя несколько секунд на кухню ворвался ураган в лице раскрасневшейся Нимфадоры, за которой смутной тенью маячил Тоддервик.
- Всем привет! – радостно заявила племяшка, помахав зажатой в руке газетой, судя по движению на фотографиях, не маггловской. – Глядите, что у нас есть!
Газета оказалась экстренным выпуском «Ежедневного пророка», первую полосу которого украшал огромный заголовок: «ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА». Ниже курсивом и меньшим шрифтом шли надписи: «Пожиратели Смерти снова на свободе!», «Почти четыре десятка сотрудников Аврората пропали без вести!», «Что скрывает Министерство?», «Герхард Звалтис – случайная жертва или организатор дерзкого побега?», «Что ожидает жителей Магической Британии?».
Остальное пространство страницы занимали снимки, групповые и одиночные, на которых присутствовали сторонники Волдеморта. Самой крупной была колдография Правой Руки Того-Кого-Лучше-Не-Называть – Сириуса Блэка. Причем газетчики откопали ту самую, десятилетней давности, где меня изображал какой-то лыбящийся кретин под обороткой.
- Вы ходили в магический квартал? – спросил я девушку.
- Да, я отправила очередное письмо родителям. На этот раз с извинениями, - Нимфадора неловко пожала плечами и призналась: - Просто после сегодняшней ночи я поняла, что мама с папой наверняка сильно переживали, получив мое прошлое послание, и решила их окончательно успокоить. А когда мы с Уиллом покинули здание почты, нарвались на продавца газет и решили принести свежую новость вам. Мы же не сделали ничего плохого?
- Нет, - успокоил я племянницу. - Но в следующий раз тебе лучше отправлять письмо из Лондонского отделения. Либо просить о помощи Кричера, который может скрытно переправить послание. Главное – не давай матери повода заподозрить, что ты с нами.