Волшебникам удалось довести практически до идеала второй набор движений, и сейчас они практически синхронно изгибались и растягивались на зависть любым земным гимнасткам. Всех моих старших учеников окружал плотный кокон силы, поддерживаемый уже без участия сознания, что было очень хорошим знаком. Единственное, что меня огорчало - сопутствующие потери, которые оказались довольно существенными. Волшебники «фонили» так, что за пару часов заполнили накопители магического экрана в гараже на две трети. Разумеется, всю потерянную энергию после занятия я вернул обратно в резервы учеников, но продемонстрировал с помощью иллюзии, над чем им придется работать в дальнейшем.
Пикси в этот раз всем составом подросли на два-три сантиметра, а Бука вытянулась на целых пять. Видимо, ночь с моим братом сыграла свою роль, и пушистая стрекоза вполне сознательно стремилась стать больше. Вот только ее душа, и так работающая на пределе своих возможностей регенерации, оказалась к этому не готова. Заметив появление микроразрывов в тканях, грозивших очень неприятными ощущениями фамильяру Регулуса, энергетическая оболочка которой не поспевала за развитием физического тела, я приказал Буке заканчивать с опасными для здоровья экспериментами. Вот только упрямица, поглядев на брата, упрямо помогала головой, и у меня возникла интересная идейка.
Сегодня Шиве не потребовалась донорская ткань для восстановления души, а пленников у меня ещё много. Так почему бы не попробовать усовершенствовать энергетику неугомонной пикси, которая так стремится выйти за рамки своего вида? В общем, завершив занятие, я традиционно поблагодарил всех за хорошую работу, приободрил искателей сокровищ, заявив, что ещё пара дней подобного усердия, и они смогут достигнуть прежнего уровня, а потом отозвал Рега в сторонку и популярно обрисовал парню перспективы, грозящие его крылатой пассии. Причем наглядно ткнул носом в места разрывов, появившихся в душе Буки, а потом коварно предложил попробовать приживить донорскую ткань, взятую из магглов.
Регулус долго колебался, испытывая сильный страх за возможную неудачу, однако Бука смогла уговорить парня позволить ей рискнуть. В результате мы втроём направились в пространственный карман и обнаружили там Мальсибера, стоявшего перед котлами. На первый взгляд, картинка была обычной, поэтому я лишь скользнул взглядом по парню и направился к сундукам. Но потом почувствовал эмоции зельевара и резко остановился, приглядевшись к Джакомо. Наш зельевар натурально плакал от счастья - по его щекам стекали крупные капли, а на губах застыла широкая улыбка.
- Что случилось, Джакомо? - спросил я, подойдя к парню и пожав ему плечо. - Что-то с зельями?
- Нет, командир, - тихо ответил маг. - С ними все хорошо. Даже замечательно. Я просто… Учитель, я в жизни не видел подобной красоты!
Мальсибер стёр слезы с лица и улыбнулся ещё шире, глядя на котлы. Я тоже внимательно посмотрел на них. На первый взгляд, все было в порядке. Зелья все так же источали радужное сияние магической силы, только энергетическая насыщенность составов стала больше. И тут до меня дошло:
- Ты обрёл духовное зрение?
Счастливый Джакомо утвердительно кивнул.
- А как это у тебя получилось? – поинтересовался я.
- Точно не знаю. Сегодня ты показывал нам иллюзию, на которой мы могли увидеть окружающую нас энергию. А сразу после этого я зашел проверить состояние зелий и подумал, что снова придется переводить ценные реагенты, чтобы по их состоянию понять степень готовности и вычислить уровень содержания силы. И что-то так разозлился на себя за то, что до сих пор не научился видеть магию, как ты… Ну и внезапно почувствовал, как сила в моем резерве встрепенулась, словно в далеком детстве во время магического выброса. Я перепугался и сразу отпрыгнул от стола, чтобы не навредить зельям, но наружу ничего не вырвалось. Когда же я снова посмотрел на котлы, то увидел настоящую радугу… И это было так прекрасно!
Мальсибер снова застыл, любуясь открывшимся его взору зрелищем, я же поздравил счастливого парня с успехом и пошел под присмотром брата экспериментировать над его пикси. Открыв сундучок с пленниками, я в очередной раз ощутил неприятный запах и услышал жалобные вопли и плач. Сегодня ни угроз, ни негодующих выкриков не было - все очнувшиеся цыгане правильно осознавали свое положение. Применив площадный «ступефай», я быстренько провел очередную санитарно-гигиеническую обработку, избавив артефакт от отходов жизнедеятельности человеческих организмов. А один организм молодой цыганки достал, избавил от воспоминаний «обливиэйтом» и оторвал кусок души.
Привычно сделав надрез на духовной оболочке Буки, я придал отрезанному куску «запах» энергетики упрямой стрекозы, после чего приложил его к ране. Несмотря на небольшие размеры, душа пикси оказалась намного плотнее, поэтому стала охотно поглощать рыхлые ткани магглы, всасывая их в себя и сдавливая, придавая им свою собственную структуру. Этот процесс был не таким быстрым, как у Шивы, и более медленным, чем у подопытного волшебника, но вмешиваться мне не пришлось. Оторванная часть органично «влилась» в душу Буки, а небольшая доза целительской магии помогла закрепить новые ткани.
После процедуры пикси чувствовала себя прекрасно, не считая легкой боли, которую все еще причинял «стрекозе» хирургический разрез на ее энергетической оболочке. Отторжения новых тканей не наблюдалось, все образовавшиеся вследствие чересчур активного роста прорехи закрылись, а яркость и насыщенность души Буки стала чуть выше. Понаблюдав несколько минут за своей добровольной подопытной, я предложил парочке продолжить эксперимент.
На этот раз Регулус сопротивлялся меньше, сдавшись после нежного поцелуя в щечку. Разумеется, не моего, а пикси, которая за эти дни сильно поумнела. Если ее сородичи демонстрировали интеллект на уровне детей лет тринадцати, то Буке можно было смело давать восемнадцать. Во всяком случае, братом она вертела легко и непринужденно, словно изучала практику психологического манипулирования у Нарциссы. Что, к слову, вполне возможно - я же толком не представляю, чем пикси целыми днями занималась у Малфоев.
Пока Регулус не передумал, довольная «стрекоза» подлетела ко мне и приняла сразу треть трансформированной духовной оболочки магглы. В этот раз душе Буки потребовалось минут пять, чтобы «переварить» такой объем новых тканей. И снова мне не пришлось помогать своей силой. Хотя я видел, что после приживления нового куска энергетика Буки едва уместилась в теле. Дождавшись, пока спресовывание тканей завершится, я залечил порез на внешней оболочке души, после чего поразмыслил и наполнил пушистый организм целебной силой, развивая его и достраивая.
Моя идея сработала - ощущающая неудобство душа принялась подгонять тело под свои размеры, пропорционально увеличивая его и вдобавок укрепляя материальные ткани, которые приводились в соответствие с уровнем насыщения энергетики. Благодаря моей щедрой подпитке Бука вымахала на целую голову, после чего рост «стрекозы» прекратился. Прекратив воздействие, я позволил подопытной освоиться с улучшениями.
Пикси была в полном восторге. Она обняла брата, в очередной раз поцеловала его, после чего зависла передо мной и потребовала продолжить эксперимент. Причем не мыслеобразами, а тонким мелодичным голоском. Мне и самому было интересно посмотреть, сколько донорской ткани способна принять душа крохи, поэтому я повторил операцию. Забрав оставшуюся часть души из тела цыганки, я сделал новый надрез на оболочке Буки и принялся наблюдать за процессом поглощения.
Все прошло как по маслу, причем скорость придания новым тканям структуры, характерной энергетике пикси, заметно увеличилась. То ли сыграло свою роль увеличение размера подопытной, то ли душа Буки «распробовала» угощение и успела выработать полезный навык переработки «духовной» пищи. По примеру той же Шивы, которая сразу по окончании тренировки вернулась к разбору сокровищ. Дождавшись, пока душа фамильяра брата усвоит преобразованные ткани, я повторил опыт с принудительным лечением, в буквальном смысле, достраивая организм Буки своей магией.