Пока опускал боковое стекло, заметил, как дед нахмурил свои кустистые брови.
— Здравствуй, отец, — как можно вежливее обратился к нему. — Слушай, мы тут заброшенную деревеньку ищем, называется Чёрный. Не знаешь, как к ней проехать? А то мы заплутали.
Ответа не последовало. Старик молча смотрел на нас, сверкая маленькими глазёнками.
— Отец? — предпринял я было ещё одну попытку вызвать незнакомца на разговор, но тот продолжал стоять, сверля нас каким-то странным, пробирающим до мурашек взглядом.
— Эй, дедуля! — не выдержал Саня и, вытянувшись немного вперёд, помахал ладонью, пытаясь привлечь внимание старика. — Ты слышишь нас? Деревня Чёрная! Знаешь, где она?
Не дождавшись ответной реакции, он высказал предположение:
— Может, глухой?
— Ну, не слепой же...
Старик уже начал пугать, и это навело меня на мысль:
— Эй, а давай снимем его? Ты глянь на его злющую рожу. Тут тебе и привидений никаких не надо.
— Да не знаю... Он вроде как не в себе. Не стоит, наверное.
— Давай, не очкуй, — я открыл дверцу. — Это же подарок судьбы. Какая картинка будет!
По-быстрому достал камеру, вышел из машины и встал напротив деда. Казалось, его лицо превратилось в камень, и только сиплое дыхание выдавало в нём живого человека. Он даже бровью не повёл, продолжая пялиться на моего товарища. Парализовало его, что ли?
Снимать больного и полумёртвого с виду старика, конечно, было немного неправильно, но до чего же жуткие кадры могут получиться!
Позади меня хлопнула дверца. Выбравшийся из машины Сашка осторожно подошёл к старику и махнул рукой возле его лица:
— Эй! Дед, ты как? Помочь тебе, может?
— Ну, готов? — я навёл на них объектив и почувствовал, что совершаю какой-то подлый поступок. А, плевать! — Записываю.
Вот что значит дар перевоплощения! Как только прозвучало волшебное слово «записываю», артистичное лицо приятеля вмиг обрело выражение озабоченности и таинственности, а глаза засверкали огоньком. Даже усталый голос сменился на приятный и шуршащий, который в своё время узнавали во всём ютубе:
— Дедуль... — приветливо начал он, словно и не было той прежней грубости в адрес старика минуту назад. — Поможете нам? Мы здесь немного заблудились...
Молчание.
Напарник посмотрел в камеру, развёл руками, а затем вновь поглядел на деда.
— Отец... — он протянул к нему руку и коснулся плеча. — Ты...
Вдруг старик ожил, и с диким криком бросился на Саню, повалив его на землю.
— Эй! Эй! — закричал я, пытаясь остановить чокнутого деда, пока бережно укладывал камеру на сиденье машины, после чего бросился со всех ног на выручку другу.
— Не трогай меня, урод! Отпусти, отпусти! — вопил тот во всё горло.
Неожиданно старик впился зубами в рукав его толстовки и жутко зарычал, напоминая голодного пса, вцепившегося в свежую кость. На какое-то мгновение я замешкался, но быстро придя в себя, схватил сумасшедшего под мышки и что есть силы отбросил в сторону. Он быстро поднялся и, не оборачиваясь, побежал в лес.
Сашка мгновенно вскочил на ноги и схватился за рукав, из-под которого показалась капля крови.
— Ах ты, гнида! — заревел в ярости напарник, намереваясь отправиться за стариком в погоню, но был вовремя мною остановлен:
— Забей, Сань!
— Какое, забей? Этот долбанутый меня укусил!
— И что, ты собираешься искать его в лесу и кусать в ответ? Брось! Поехали отсюда. Я сяду за руль.
Осторожно подтолкнул товарища к переднему пассажирскому сиденью.
— Больной старикашка! — крикнул он напоследок. — Ну, сука я до тебя доберусь!
— Всё, полезай внутрь, — усадив его на место, захлопнул дверцу и глянул в сторону леса.
Сумасшедшего старика и след простыл.
Третье ноября, 18:03
Пока я вёл машину, напарник разбросал содержимое аптечки на торпеде и отыскал перекись водорода с бинтом. Шикая и матерясь, Саня обработал руку и нанёс небрежную повязку на место укуса.
— Стой, а может, у него бешенство? — вдруг произнёс он паническим голосом. — Оно же передаётся через укус, да?
— Вряд ли, — попробовал было успокоить его.
Однако он меня не слушал, продолжая разводить панику:
— А вдруг я таким же чокнутым стану? Так, дай-ка проверю, передаётся ли эта хрень через укус человека...
Саша полез в карман джинсов за телефоном. Пришлось ему напомнить:
— Тут сети нет.
Но он всё равно попытался открыть браузер на мобильнике и вскоре сам убедился в этом.
— Сука! Ну, что ты будешь делать... Что за денёк.