- Келли, ты должна выслушать Майка. Я не думаю, что он обманул тебя, чтобы выудить из тебя информацию, - никак не утихала Лилли, а я лишь убеждалась в том, что Черныш не хотел ничего этого. Я навязала ему себя, свою любовь и опасность, которой подвергаю всю его семью.
- Кудряшка, всё в порядке, - прошептала на автомате и с затуманенными сознанием направилась в наш с Майком домик. Удивительно, как быстро всё меняется в нашей жизни. Несколько дней назад я была так счастлива, жить в этом маленьком уютном гнездышке, а теперь мне было тошно осознавать, что всё это было лишь моей больной фантазией. Я словно кукловод, играла Майком.
Схватила рюкзак и стала на автомате запихивать туда свои вещи. Их было не так много и спустя пару минут я уже покидала этот, ставший таким родным, дом.
- Келли, что происходит? – мне навстречу выскочил перепуганный Майк. Недалеко от него стояла Лилли с Роуз.
- Майк, я… будет лучше, если ты забудешь меня, - как же невероятно больно было произносить эти слова любимому человеку. Я до конца не верила в то, что сделаю это. Мозг просто отказывался думать, но я чувствовала, что мне нужно поступить именно так. Я должна освободить его, чтобы он обрел своё счастье. То, которое выберет сам.
- Детка, я не знаю, что тебе наговорил этот придурок, но давай поговорим. Пожалуйста, просто давай поговорим, - никогда прежде я не видела Майка в таком отчаянии. На этот раз он всё чувствовал и понимал, что я не отступлюсь. Лилли плакала, а Роуз обнимала её и тоже глядела с каким-то сожалением.
- Я тебя отпускаю, Майк.
- Детка, - прохрипел он. Боже, как мучительно больно было видеть его таким. Слабым, сломленным.
- Пожалуйста, хватит. Забудь меня, Майк. Забудь. ЗАБУДЬ МЕНЯ, - я кричала, закрыв глаза. Мне было так больно, будто у меня вырывали сердце. Я кричала и кричала, пока не почувствовала слабость в ногам и не рухнула на колени.
Открыла глаза, когда всё вокруг затихло. Будто я находилась под водой или в каком-то вакууме. Майк так же стоял передо мной, но взгляд его был настолько затуманен, что я испугалась и подлетела к нему. Обхватило его лицо, а он резко отшатнулся от меня. Нахмурился, и посмотрел так безразлично, а потом обернулся на Лилли и произнес:
- Крошка, ты чего ревешь? Что случилось?
Я видела, как перекосилось лицо у Роуз, а Лилли зарыдала еще сильнее. Я же на ватных ногах побежала вперед, куда глядели глаза, лишь бы поскорее покинуть это место. Я освободила его, стерла себя из его памяти. Понимала, что так будет лучше, вот только смогу ли я жить без него?
Глава 16.
Я бежала. Долго, то и дело падая, не смотря по сторонам. Плакала, скулила, вдавливая кулак в грудь, но боль никуда не уходила. Она окутывала меня, разрывала на части, но я продолжала жить. Дышать, передвигать ноги, чтобы идти вперед, как можно дальше отсюда.
Я слышала вой, протяжный, полный боли и отчаяния, но не верила, что это был мой Черныш. Он забыл меня, я видела туман в его глазах. Я не могла ошибиться.
И только когда меня настигла темнота, я будто очнулась. Поняла, что настала ночь, в которой я осталась совершенно одна, где-то посреди густого леса. Слезы давно высохли, но сердце по-прежнему болезненно сжималось в груди.
- Прости меня, Майк, - прошептала тихо, оперевшись на ствол дерева и устало закрывая глаза. Он забыл, должен был забыть, а я выживу, справлюсь с этой сумасшедшей тягой.
Не успела выдохнуть, как позади меня послышался какой-то шум. Секунда, и я оказалась зажата в мощных руках.
- Что ты… - вскрикнула от неожиданности.
- Тише, это Клаус. Еле смог тебя найти, - выдохнул, сжимая меня, словно в тисках.
- Отпусти! Отпусти меня немедленно, - я закричала, захлебываясь страхом и паникой. Он – зверь, крупный, мощный, к тому же ненавидящий меня. Ему ничего не стоит переломать мне позвонок или свернуть шею. А сейчас я как никогда беззащитна. Черныш далеко и вряд ли спас бы меня, ведь я вычеркнула себя из его жизни.
- Успокойся! – зарычал, резко вздернув меня, словно я маленький ребенок, который только что напакостил. – Если не хочешь сдохнуть в этом лесу, то угомонись и послушай меня.
Я зажмурила глаза и зажала рот ладошками, готовясь к худшему. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Один миг отделял меня от жизни и смерти, и Богом, решающим мою судьбу был Клаус.