Через пару часов я уже покупал билет на самолёт. С этим проблем не было, так как себе и Дане я документацию устроил по высшему классу. В процессе, правда, семь человек пропало, зато работа надёжнейшая.
Ещё полтора часа я ждал своего самолёта, который летит из Пулково и доставит с пересадкой меня до Логан Интернешнл, а там, из Бостона я и своим ходом доберусь.
*****
Портсмут, штат Нью-Гэмпшир. Следующий вечер.
Молодой мужчина с каштановыми волосами шёл пешком по вечерним улицам своего города, возвращаясь с работы, и размышлял о снова пришедших ему в голову мыслях.
Прошло семь месяцев с тех пор, как Нью-Йорк был помещён в карантин из-за террористического акта, когда использовалось неизвестное биологическое оружие. Сейчас, вроде бы, всё налаживается, как объясняют в новостях, но Джордж Лимрок, как звали этого человека, узнал, что вовсе там не террористическая атака произошла. И биологическое оружие что применено там было, оказалось приветом из его далёкого прошлого.
Джордж прикрыл глаза, отгоняя от себя мысли, которые ему так не нравились.
Внезапно он остановился. Что-то заставило его обратить на себя внимание. Это было что-то смутное. Едва уловимое. Но уникальное! Ни с чем не спутать!
Чувствуя что-то неладное, он поскорее направился домой.
Уже подходя к дому, он остановился ещё раз. В этот раз он смог почувствовать намного более отчётливо, что его смутило. Глаза Джорджа, точнее его зрачок начал светиться красным светом, а сам он рванул на огромной скорости к дому. Он не остановился у дверей и с ходу снёс её, превращая ту в щепки, но даже не обращая на это внимания. Мгновение спустя он оказался на кухне, где было широкое окно, ведущее на задний двор его и его жены дома. И вот тут он остановился.
На заднем дворе, что видно в окно кухни, сидели за столом двое. Собственно, его жена, что сейчас смотрела широко открытыми глазами на своего мужа и была в одном шаге от того, что бы не начать плакать. Вторым же… вторым же был молодой мужчина на вид лет двадцати пяти-двадцати девяти. Он был одет в синие джинсы, не заправленную рубашку, поверх которой полу расстёгнутая толстовка и не застёгнутая куртка чёрного цвета с красными элементами. У него была короткая причёска с чёрными волосами, сидел он совсем непринуждённо, было видно, что он ничего не опасается. Это заметно хотя бы потому, что он не прекратил аккуратно попивать чай из кружки, не смотря на появление Джорджа, закинув ногу на ногу.
И всё бы ничего, мало ли какая ситуация… если бы не большие сложенные перьевые крылья за спиной человека, красного цвета с едва заметными прожилками, что светятся расплавленным металлом и такие же крылья поменьше чуть ниже по спине, которые были едва заметными на фоне первой пары крыльев.
Он перестал пить чай, поставив кружку на стол и перевёл взгляд на Джорджа.
— Ну что, даже не знаю, что сказать можно в нашей ситуации. Привет брат? Мы ведь с тобой, по сути, братья… хоть и сводные. Трудно же было тебя найти, Пария, или лучше Джордж Лимрок? Спустя столько лет найти тебя, это целый подвиг. Сколько лет прошло? Тридцать три года, примерно, да? Почти все следы затерялись.
— Кто ты? О чём ты говоришь? — спросил Джордж у незнакомца, по привычке говоря заготовленные слова.
— Ой, да не ломай ты комедию, братишка. С такого расстояния я чувствую тебя так же хорошо, как должен чувствовать и ты меня. Или ты жены стесняешься? — посмотрел вторженец на женщину, сидящую с ним за столом. — А ты отлично устроился, кстати. Жена, работа, я так понимаю, планировали и детей заводить.
Незнакомец встал со стула и сделал шаг к Джорджу, протягивая раскрытую руку для рукопожатия.
— Пария, меня зовут Александр Дж. Мерсер, так же, в некоторых кругах известный, как Зевс, или Прототип, монстр, убийца, террорист. Кто ты представляться не нужно — я и так знаю.
— Зачем ты меня искал? — спросил Пария.
— А как ты думаешь? — тихо сказал Алекс.
А в следующую секунду страшный удар подкинул Пария в воздух на полтора десятка метров. Алекса на месте уже не оказалось — он был в метре от Парии и заносил ногу для удара. Новый удар и Пария пробил собой крышу своего дома, как и стену. Алекс же, ведомый тяготением, устремился к нему, увеличивая массу на порядок и меняя руки на молоты.