— Хех! Мои чувства намного более обширные и острые, нежели у обычного человека. Я легко улавливаю выбросы тех или иных феромонов в воздух твоим телом, легко слышу биение твоего сердца, твоё дыхание, а мои глаза видят не только обычную тебя, но и тебя в тепловом спектре. К тому же на мои слова твой организм непроизвольно реагирует, что, вкупе со всеми остальными факторами, позволяет мне понять, когда мои гипотезы верны в твоём понимании, а когда нет или верны только частично. Так что, Тейлор, продолжим? — спросил я у неё, улыбнувшись.
— Нет… Алан… я тоже кейп, — тихо сказала она через некоторое время.
— Оп-па-па… вот честно говоря, не ожидал. И каковы твои способности? В чём они проявляются? — спросил я, поборов желание поглотить Тейлор на месте, что бы начать изучение.
— Я… могу контролировать насекомых.
— Сколько? На каком расстоянии? Каких? До какой степени? — тут же задал я вопросы.
— Ну… сколько угодно, если они находятся в районе квартала, любых насекомых и полностью.
— Пауков ты не можешь контролировать, получается? — спросил я.
— Могу… — пожала плечами.
— Значит ты контролируешь не только насекомых, но и паукообразных. Возможно вообще членистоногих. Ты ракообразных контролировать пробовала? — спросил я.
— Нет.
— Надо будет провести эксперимент. Если получится, то ты будешь контролировать любых членистоногих. Есть ещё какие-то нюансы? — спросил я у неё, начав предполагать, в чём заключается сложность и ограничение для Тейлор в контроле исключительно, предположительно, членистоногих.
— Да. Я воспринимаю всю информацию от насекомых. Все их чувства. Слух. Зрение. Осязание. Обоняние.
— С ума сойти. Нет, серьёзно, как ты с ума не сходишь? Воспринимать информацию от сотен, а то и тысяч насекомых, у большинства из которых восприятие, в большинстве своём, отличается от человеческого и очень сильно. Это должно было быстро заставить тебя свихнуться.
— Ну… да. Так и было. Сначала мне было очень сложно. Но потом я научилась воспринимать только одинаковое для меня и них осязание.
— Вот как… хм… знаешь, я попытаюсь понять, как работают способности… а потом, если всё получится, то, я думаю, я смогу решить часть твоих проблем. Кстати! Это потому ты ходишь на пробежку и вообще держишь себя в форме? Хочешь стать героем или злодеем? Впрочем, учитывая твою жизнь в школе, я не удивлюсь совершенно, если ты станешь злодеем и первым делом скормишь своим насекомым Софию, Эмму и Мэдисон. Я даже полностью поддержу тебя в этом деле.
— Нет. Я не хочу использовать свои способности для такого.
— Почему? — спросил я, в какой-то мере действительно недоумевая. — У тебя есть преимущество, которым ты можешь воспользоваться в борьбе с противником. Как по мне, подобное самоограничение — глупость. Это было бы разумно, если бы вы оставались на равных. Или, если ты с подобного положения получала какую-то выгоду, но ведь это не так. Или я не прав?
— Прав. Но тем не менее, это не значит, что можно использовать способности во вред другим людям! — упрямо сказала Тейлор.
— Что же, это твоё мнение. Оно у каждого человека своё. Что у тебя, что у меня. Вот и использовать способности свои мы будем тоже по разному. И скоро ты собираешься "выйти в поле"? — спросил я, не желая спорить.
— Я думаю, что скоро. Мой костюм уже почти готов. Его приходится долго делать, зато он очень качественный и прочный. Только выглядит… зловеще.
— Ого, ты уже и костюм свой сделать успела? И давно ты получила, в таком случае, способности? И в чём причина долгого срока?
— Уже… давно. А долго делается потому что его пауки шьют.
— Ничего себе… неплохая ткань должна выйти по итогу.
— Спасибо. Я тоже так подумала.
Глава 13
Ударом ноги выламываю дверь и чувствую, как по мне стучат пули пистолетов и нескольких пистолетов-пулемётов. Все они лишь сплющиваются из-за невозможности преодолеть телекинетическое поле, окутывающее моё тело. В случае с пулями — абсолютно не нужная мне техника телекинеза, но на чём-то же начинать тренировки надо мне.
Раздаются крики азиатов в комнате, они кричат друг на друга, перебрасываясь фразами, по делу и нет. Их охватывает паника. И их можно понять! Ведь даже когда их накрывает какой-нибудь герой, самый максимум, который им грозит — тюрьма и повреждения. И то, за последнее, герои ещё и отвечать будут перед законом. Вот только я не герой. Как и не злодей, впрочем. После меня не останется стонущих от боли тел, как не останется и трупов. После меня, и то не всегда, остаются лишь лужи крови, которая брызгает повсюду, когда я поглощаю тело очередного преступника. Это психологически намного страшнее, чем даже простое убйство. Прибавьте к этому ощущение безнадёжности, ведь ни одна из атак их не смогла нанести мне хоть какой-то урон. И вот у них уже нет путей отступления. Им некуда бежать…