— Ничего Алекс. Это ведь ничего не меняет. А я умею хранить секреты. Иначе не была бы здесь.
— Вот как? Ясно. Тогда я не понимаю, для чего этот разговор? — спросил я, вернувшись туда, где стоял до этого и присел на стол.
— Тейлор знает об этом? — спросила она.
— О том, что я вирус? Да, знает. Как и о том, что моё состояние, не результат обретения сверхспособностей. В точности наоборот. Знает ли она о том, что это мой настоящий облик? Тут все несколько сложнее и нужно пояснить. Видишь ли, Лиза, каждый поглощённый становится частью меня самого. Говорят ведь, что, чтобы идеально сыграть какую-то роль, нужно полностью войти в образ, начать мыслить и чувствовать, как персонаж, которого ты играешь. Это мой случай. Я могу идеально маскироваться под кого угодно, потому что в момент маскировки я буквально становлюсь этим существом. Полностью. Там есть ещё куча своих деталей, которые ты никогда не сможешь понять, их можно только почувствовать, а в языке нет таких слов, которые могли бы помочь описать то, о чём я говорю. Тейлор знает меня как Алана Вайра, — сказал я и сменил облик на указанную форму, — но я и являюсь им в какой-то мере. Его поглощение произошло несколько иначе, чем это происходит обычно, так что, я в такой же степени Алан, в какой и Алекс. Просто у Алекса опыта и знаний больше. На порядки больше.
— А как же то, что она так спокойно реагирует на то, что оказалась в нашей команде? Или что мы собираемся грабить банк? Да и, в конце концов, такое спокойное отношение к убийствам с твоей стороны — это тоже твоих рук дело?
— Скорее разума. И я этого не делал намеренно. Я вообще не собирался и не собираюсь вредить Тейлор — тут замешано несколько факторов. Во-первых — моё обещание одному очень дорогому мне человеку. Во-вторых — Алан любил Тейлор. Когда мы с ним объединились, его чувства спроецировались на меня. О любви не может идти и речи, естественно, но привязанность к Тейлор я получил. А вместе с обещанием… я взял Тейлор под свою защиту. Я обязал себя заботиться о ней. Как говорил тот человек, так я стану более человечным. Смешно, учитывая, что я даже близко не человек. Таким образом, из-за моих психокинетических способностей, в частности, развивающейся эмпатии, между мной и Тейлор образовался канал связи. Пусть она слабо его ощущает, но он уже оказывает влияние. Я же через него легко чувствую её эмоции, состояние психического и физического здоровья. Но Тейлор оказывает влияние и на меня тоже. Вот только если она оказывает на меня, условно говоря, единицу влияния в единицу времени, то я тысячи единиц за тот же промежуток — наши силы и опыт просто несопоставимы. Это немного корректирует её реакцию на мои действия. Не меняет её личность, нет, только даёт подсознательное понимание и осознание моих действий, и потому её сознание не противится моим поступкам. Она их понимает и принимает, хоть и не осознаёт этого.
— И что случится, если Тейлор не станет? Прости за вопрос, я не хотела сказать ничего такого… — тут же подняла руки Лиза, предупреждая негативные реакции с моей стороны.
— Не волнуйся, я не собираюсь убивать тебя только за такие вопросы. Вот за действия — да. Но не за вопросы. А что до твоего вопроса — не стоит рассуждать на эту тему. Ничего хорошего для этого мира не будет, просто поверь мне.
Лиза кивнула и ничего не говоря, вышла с кухни, где мы говорили, а я стоял и всё так же смотрел в ту сторону, где стояла Лиза.
А действительно, что произойдёт, если Тейлор не станет? Я прекрасно осознаю, что все смертны и нет никого, кто мог бы жить вечно. Даже я, рано или поздно, нарвусь на кого-то, кто убьёт меня или просто устану жить. Но Тейлор… пока она не проживёт хорошую жизнь, я не смирюсь с мыслью о её смерти. Как бы там не было, я действительно привязался к этой девочке. Она не самая красивая, не самая интересная личность, она… она не самая-самая. Она такая, какая она есть. Но я к ней привязался. И с каждым днём эта привязанность крепнет всё сильнее. И с каждым днём я понимаю её всё лучше. И я совершенно не хочу избавляться от этой связи — она мне нравится. Мне нравится это чувство. Тейлор ещё не прожила достаточно, чтобы познать жизнь. Она не готова умирать, пусть я и знаю, что смерть — не конец.