— Куда вы его везёте? — спросил он.
— Лионская штаб-квартира потянула за кое-какие ниточки и организовала нам помощь в транспортировке от армии США, — объяснил Джерро. — Мендель его отгрузит. Они перевезут его на военную базу, где содержимое контейнера будет списано и переплавлено. — И он помрачнел. — Руководство посчитает это победой, но я себя победителем не ощущаю. — Он кивнул на ряд трупных мешков с лежавшими перед ангаром бок о бок телами ГГМ и агентов Оперативной группы 29. — Мы за неё дорого заплатили.
Дженсен кивнул, прекрасно понимая, каково сейчас было Джерро. В их с Вэнд глазах он видел страстное желание броситься на поиски виновных в смерти их людей. Но зачастую месть отходила на второй план, уступая целям текущей миссии.
— И что дальше?
— Мы сворачиваемся, — сказала Вэнд. — Прямо сейчас очищаем баржу. — И тон её стал ядовитым. — А я буду лично сопровождать эти чёртовы аугментации, прямо до печи, если понадобится. Меня достал этот грёбанный город.
— Что касается тебя, то… — сказал Джерро Дженсену. — Тебя следовало бы арестовать за нарушение десятка местных и федеральных законов. Но я и так в бумажках по горло. Так что давай сойдёмся на том, что все мы боролись за правое дело, и забудем об этом.
Вэнд отвернулась и собралась было уйти, но задержалась.
— Ты… спас жизнь Франклину, агенту, которого я с тобой оставила. Хотя мог бы просто сбежать. Это чего-то да стоит.
И она ушла к остальным членам команды.
— Из её уст это, считай, комплимент, — заметил Джерро.
— Всего-то пришлось почти умереть, чтобы его получить, — снова затянулся Дженсен. — Как Интерпол собирается разруливать последствия?
— У меня есть значок из серии «читай и рыдай». Я уже проворачивал подобное. Выбесим множество местных полицейских, но к завтрашнему дню мы уйдём, как страшный сон. И не волнуйся, твоё имя мы упоминать не будем.
— Соболезную, насчёт ваших людей. Я знаю, каково это.
— Да, я читал твоё досье. Опыт у тебя есть… — и Джерро, кивнув на взлётно-посадочную полосу, сменил тему. — И ценные навыки тоже. Если тебе это будет интересно, Оперативная группа 29 готова тебя нанять.
Дженсен невольно усмехнулся:
— Ты что, работу мне предлагаешь?
— Нам всегда нужны люди, которые умеют… «адаптироваться и действовать».
Дженсен почувствовал странный, необъяснимый порыв немедленно ответить, но он его подавил. И, помедлив, покачал головой.
— Я всё ещё не до конца разобрался кое в чём, — сказал он, и к собственному удивлению понял, что эти слова были правдивы.
— Как скажешь, — кивнул Джерро. — Хочешь совет? Тебе бы сейчас скрыться отсюда, прежде чем кто-нибудь из твоих бывших коллег в полиции тебя узнает. Что-то мне подсказывает, что они на твоё присутствие глаза закрывать не станут.
Взвалив винтовку на плечо, Джерро последовал за Вэнд. А Дженсен, бросив окурок и втерев его в асфальт, ушёл в тень.
Сидевшая на пассажирском сиденье арендованного «Навига» Торн откинула со лба прядь волос. Её охватывало холодящее чувство удовлетворения: она оказалась права. С самого начала она предсказывала именно этот исход операции, и теперь её оценку подтверждали трупы, разбросанные по аэропорту. Однако огромной ложкой дёгтя было очередное напоминание о том, как мало её наниматели ценили её способности.
Нарезка видеотрансляций на экране её портативного компьютера показывала полную противоположность её планам. Вместо тихого вывоза из города развернулась массовая перестрелка, которая привлекла внимание полиции, гражданских и СМИ. И теперь ещё вдобавок оборудование, за доставку которого она отвечала, попало в руки людям, над которыми у неё не было власти. Так что, казалось бы, с какой стороны ни посмотри, операция была провалена.
Однако для её хозяев существовали различные уровни неприятностей или случайностей, которые для них были не только приемлемыми, но иногда даже желательными. То, что постороннему казалось полным хаосом, в действительности было результатом точной манипуляции или даже управления. Это было главное умение хозяев Торн: способность управлять неуправляемым, влиять на события, которые, казалось бы, влиянию не поддавались.
И вот, наконец, они собирались воплотить её изначальную рекомендацию: использовать отряд для секретных операций, вместо того чтобы возиться с местными марионетками. Её раздражало, что для того чтобы прийти к этому, пришлось потратить много лишних сил и ресурсов.
«У этих старых дураков слишком много планов внутри других планов», — сказала она себе. Они не видели ситуацию вблизи, не видели то, что происходило тут, внизу, а если бы и видели, им было бы плевать. Они с удовольствием напоминали своим агентам о том, что им-то открывалась полная картина. Конечно, легко видеть дальше, когда смотришь на всё с башни из слоновой кости. Тем, кто выполнял за них грязную работу, зачастую не удавалось видеть ничего, кроме того, что происходило здесь и сейчас.