Нет, - ответил генерал, - среди трупов было найдено несколько дроу и главное - гар-даров!
Мерзкие жабы! - Аль-Рок стукнул кулаком по подлокотнику своего каменного кресла, - Гар-дары вступили в союз с дроу, по этому и перестали торговать с нами!
Скажи гнолл, - спросил Ги-Альро, - переместитесь ещё активен?
Да, о повелитель. - Склонился гнолл.
Тогда вперёд! - Решительно заявил Ги-Альро.
И семь фигур в длинных плащах с кожистыми крыльями за спиной, шагнули в портал.
Глава XIIX
А теперь пройдёмте в соседний зал, и осмотрим экспозицию посвященную истории рода, славного барона Серм-а-Тора.
Уль-Арт повёл пышно разодетых гостей сквозь анфиладу богато украшенных комнат. Сегодня в замке Тор-Мар был «большой приём». «Уединенное местечко» как называлась долина реи Лориок, где и стоял замок, славилась своим гостеприимством. Барон Серм-а-Тор обожал шумные пирушки, весёлые шутки и хорошую компанию. Ещё он увлекался алхимией, магией и обожал вкусно поесть. К тому же он был большой изобретатель. Например он изобрёл машину для чистки картофеля, ещё разработал чертежи машины которая может летать выше облаков, где царит смертельный холод. Правда на её постройку не хватило денег. Так же в списке его изобретений числилась говорящая машина, знающая более тысячи анекдотов.
Как-то, лет пять назад, во время охоты на зябликов, барон встретил странствующего мага - алхимика. Он назвался Уль-Артом. Серм-а-Тор почувствовал внезапное чувство симпатии к этому лысоватому брюнету, с резкими, но благородными чертами лица. Живо интересующийся наукой Серм-а-Тор, попросил его посетить свой замок и продемонстрировать свои таланты. Маг вызвал для хозяина пару духов первого уровня, которые рассказали барону как синтезировать крепкий спирт из любых растительных ингредиентов, сахара и дрожжей при помощи перегонного куба. Барон пришёл в полный восторг. А когда Уль-Арт превратил мажордома в курительную трубку и наоборот, барон понял, что чародей это тот человек, о знакомстве с которым он мечтал всю свою жизнь. К тому же выяснилось, что Уль-Арт не прочь и сам иногда выпить, чем понравился барону окончательно, хотя баронесса почему-то была не довольна.
Чародей восхитился машиной для чистки картофеля, после чего, барон подарил ему восточную башню замка, потратив целое состояние, чтобы оснастить там первоклассную алхимическую лабораторию, которой позавидовал бы любой чародей королевства. Лаборатория занимала три этажа башни.
Так и повелось: барон плотил чародею семьсот стронциев жалования в год, хоть тот и постоянно отказывался брать их, складывая обратно в казну замка. Барон по вечерам, когда не было гостей, приходил к Уль-Арту в башню, выпить кружку другую гномского эля, а иногда и спирта из перегонного куба. Чародей же развлекал гостей барона экскурсиями по замку и различными магическими представлениями, от чего гостей у барона постепенно прибавлялось и маг предложил брать с них символическую плату, три меры серебра, что изрядно увеличило доходы поместья.
По ночам, когда у чародея оставалось свободное время, что бывало крайне редко, он садился за огромный стол на самом верхнем этаже башни, открывал огромный фолиант и начинал писать там какие-то неведомые каракули, ставил странные эксперименты. Иногда из окон башни били молнии, один раз оттуда вылетела целая стая стрижей, а ещё был случай, когда маг пролил на дверной половик какой-то раствор, половик взбесился и искусал слугу, принёсшего Уль-Арту ужин. С тех пор слуги оставляли поднос с едой на лестнице, стучали в дверь лаборатории и убегали.
И всё же, не смотря на мягкий и покладистый характер, болтливым мага назвать было нельзя. Все истории из его жизни он начинал словами: «Один мой друг, слегка сумасшедший чародей, однажды решил...».
Но ни разу, никто не слышал ничего о нём самом. Никто, например, даже барон, не знал к какому ордену принадлежит Уль-Арт к белому или чёрному. Когда барон спрашивал его об этом, маг говорил: «К серому» - после чего весело смеялся. Смех его был так весел и заразителен, что барон тоже начинал хохотать. «Я знаю всего понемножку», - отсмеявшись говорил чародей.
К тому же, опять же никто не знал какой линии достигли его знания, Уль-Арт отвечал на этот вопрос: «Примерно пятнадцатой». Но некоторые его фокусы сбивали с толку: кое-что мог сделать и площадной трюкач, а вот например превращение зала для пиршеств в морскую пучину, а всех гостей в рыб и осьминогов, во главе с бароном в роле морского царя, выдавало в нём гораздо большую пятнадцатой линию. Это было на уровне восемнадцатой, а то и двадцатой линии - а двадцать первую имели только колдуны из разряда просветлённых. Возможности этих магов здорово отдавали мистикой. По слухам они могли не пользоваться свитками и магическими ингредиентами. Они черпали магию из самой природы и силы духа. Это называлось: «желание мага».