Что мы имеем?
С Кащуком, действительно, вроде бы всё вытанцовывается. Но… Всё да не всё. Для задержания не хватает прямых улик. Да, он был в Володарьевске в день убийства. Да, его застали спустя трое суток на месте ранее совершённого преступления. Да, делишки его небезупречны: как выяснилось, он подставной директор фирмочки-однодневки. Из разряда тех, что создаются без всяких активов для участия в тендерах на строительные подряды. Обозначая заведомо невыполнимые для реальных подрядчиков цены и сроки, тендер демпингисты выигрывают. Для того, чтобы тут же, по перечислении средств, оформить субподряд на таких же «леваков» и тихонько слиться.
Что он искал в ящиках комода убитого – тоже догадаться несложно. Убитый фарцевал самопальной марихуаной. А, может, чем и потяжелее. За тем гостюшка туда и попёрся по чьей-то рекомендации, а вовсе не с посылкой для дядюшки. Да, догадаться можно. Возможно ли доказать?..
А самое противное в этом деле – Марамыжиков поморщился и раздражённо газанул на светофоре – это, етить его, орудие убийства.
Стрела. Почему? Откуда? Что за извращение? Какой-то обкурившийся торчок воткнул её в своего дилера, отказавшегося отсыпать в долг? Но почему стрела? Где он её надыбал? Хотя ладно, это средневековое оружие, конечно, никакой не дефицит, при желании купить не проблема. И применение его если не понять, то объяснить можно, но… Тут подгадил шеф.
Он вызвал из области эксперта-криминалиста ввиду отсутствия местного. Тот и расстарался. Записал (чтоб ему икалось!) в протоколе осмотра, что володарьевский дядька был не заколот стрелой – стрела была пущена с дальнего расстояния!
- В смысле? – тупо осведомился Марамыжиков.
- В коромысле, - эксперт бойко строчил протокол. – Полагаю, выстрел был произведён из лука. Не из катапульты же… Ищите местных робингудов. У кого лук, арбалеты, может, зарегины… И не обязательно наркуш. Это может быть месть родственников невинно загубленных наркотиками жертв. На бандитские разборки не похоже.. И, вообще, думай. Ты ж следак, не я…
Гришка постарался припомнить комнату с телевизором.
- А не могли тело притащить сюда?
Криминалист-змей уверенно покачал головой:
- Маловероятно. Ни следов волочения, ни смещения стрелы относительно первоначальной раны… Одежда испачкана кровью в соответствии с положением тела, в котором оно было найдено.
Чёрт, чёрт, чёрт…
- А с какого расстояния стреляли?
- Слушай, я не большой специалист в подобном оружии - до сих пор сталкиваться не доводилось. Фиг его знает – что за лук, какова его дальнобойность – надо изучать. Одно могу сказать: стрела вошла в тело на излёте, то есть стреляли за много метров от цели.
- Вы хотите сказать, что сделать такой выстрел в пределах этой комнаты или даже из соседней – невозможно?
- Э, нет, товарищ следователь! Я ничего не хочу сказать. Делать выводы – ваша работа…
… Из всего этого винегрета безумных фактов выводы делаться не хотели. Не рождались. Не вымучивались.
Если бы не дурацкая экспертиза! Потерять бы этот протокол нахрен!
Задумавшись, Марамыжиков не заметил, как доехал и припарковался у бывшего дома быта, где теперь снимали каморки всевозможные фирмочки и маникюрши. Следователь Володарьевского райотдела хлопнул дверцей и решительно устремился навстречу новым обстоятельствам дела, которые вряд ли были способны улучшить его настроение. Хорошо, что он об этом пока не знал…
* * *
Солнце стояло уже высоко и пекло по-летнему. Но птицы продолжали надрываться рассветными соловьями. Они так отчаянно радовались теплу и весеннему цветению, что из радости их, казалось, был соткан душистый воздух Заовражной.
Дом сверкал отмытыми стеклами, оживлённо поскрипывал старыми сочленениями, будто распрямляясь, оживая в присутствии новой хозяйки. Его деревянные серые стены поверх каменных низов теперь вдруг стали смотреться благородно седыми, а ветшающая, но всё ещё крепкая терраса невероятно романтичной.