Глава 3
Проснулась я от резкого звука где-то недалеко от нашей палаты. Я открыла глаза. Комнату озаряли первые лучи солнечного света, по стенам прыгали солнечные зайчики, оповещая всех вокруг о наступлении нового дня. Я немного растерялась, мне казалось, что я прилегла всего на пару часов, а получается я проспала весь вечер и всю ночь. Я взглянула на кровать Джиа, она мирно спала. Видимо, она не стала меня будить, день вчера был не из легких. Я взяла в руки телефон, часы на экране показывали 05:43 утра, также на нём высвечивались несколько непрочитанных сообщений от Элизы. Я открыла их и увидела, что Элиза прислала мне фотографии, где она и худенькая, рыжеволосая девушка кривляются в купальниках на причале возле озера. Мел, тут замечательно. Тебе бы очень понравилось. Как выздоровеешь, Кристи приглашает тебя к себе в домик на озере. Целую. Чмоки-Чмоки - прочитала я после фотографий. Неужели она думала, что мне захочется ехать в этот дурацкий домик, к её новоиспеченной подруге с фальшивой улыбкой? - я бросила телефон на кровать и пошла умываться – Она абсолютно не понимает, как я себя сейчас чувствую и что мне приходиться переживать - я так злилась, что кажется вот-вот протерла бы зубной щеткой себе дырки в зубах. Ладно, надо успокоиться - выдохнула я. Мы всё равно уже давно нормально не общаемся. Я понимаю, не может же она всё бросить ради умирающей подруги. У неё своя жизнь, этой осенью она поступает в университет. А я останусь здесь пока мне не найдут донора клеток и только если я переживу трансплантацию, я смогу вернуться к своей прежней-новой жизни - с этими мрачными мыслями я пошла в душ.
Когда я вышла из душа, Джиа еще спала, тогда я решила побродить по коридорам, чтобы её не будить. Сегодня я надела черные легинсы, кеды и длинную, серую, бесформенную футболку с забавной надписью «Not interested[1]», мне хотелось хоть как-то скрыть свою худобу. После химиотерапии мои волосы еще не восстановились, сначала отрос небольшой пушок как у младенцев, потом они росли неравномерно, поэтому сестра Лили бреет мне голову раз в месяц, пока мои волосы окончательно не вернут себе свой прежний вид. Я завязала на голове бледно-розовый платок, вчерашний подарок родителей, и вышла из палаты.
В это утреннее время в нашем крыле довольно тихо. Все пациенты в основном еще спят, а медперсонал заседает на утренних планерках, передавая смены и готовясь к предстоящему дню. Я на цыпочках прошла мимо дежурной медсестры, миссис Харрис, которая слегка храпела, откинувшись на стуле, и вышла в холл. Там никого не было. Огромный диван, кресла и несколько стульев, видимо, оставленных еще со вчерашнего дня, ярко освещал солнечный свет. На столе еще лежали книги и настольные игры, как я вижу, ребята вчера отлично провели свой вечер.
Я подошла к лифту и нажала на кнопку, двери сразу же открылись, и я вошла внутрь. В лифте играла приятная, тихая музыка и я отбивала ритм пальцами по бедру. Я хотела спуститься вниз на террасу и подышать свежим воздухом, как вдруг лифт остановился раньше времени и двери разомкнулись. Я увидела его - доктора Уэйна, от неожиданности я замерла и уставилась на него. Он тоже явно не ожидал меня увидеть, но всё же быстро взял себя в руки и зашел в лифт. Я отошла немного назад и встала позади него. Какой же он всё-таки высокий - я разглядывала его плечи, шею и мягкие, шелковистые волосы, в которые мне так хотелось запустить свою руку. От него слегка пахло больницей, но я также смогла почувствовать запах нового парфюма от Dior «SAUVAGE». Я узнала этот запах из пробников, что были в пакете вместе с духами Джиа, которые ей передала её тётя на прошлой неделе. Не поворачиваясь ко мне лицом, он первый нарушил наше молчание:
- Мисс Мэйнер, можно узнать, что вы тут делаете в столь раннее время?
Откуда он знает мою фамилию? Джо же вчера назвал ему только моё имя - удивилась я.
- Я рано проснулась, и мне захотелось насладиться этим прекрасным утром на террасе в саду – как можно спокойней сказала я, пытаясь не выдать своё волнение.
- Утро и правда чудесное, но, к моему сожалению, я не могу позволить вам это сделать. Без сопровождения медработника вам не разрешается находиться в саду – тон его голоса был официальным, как будто он обязан был это сказать, но затем он повернулся и, глядя мне в глаза, добавил - Сейчас там никого нет, и, если вам станет плохо, никого не будет рядом, чтобы оказать вам помощь.