- Не понимаю о чём ты - равнодушно ответила я. Но моя игра не произвела должностного впечатления, и Джиа продолжила:
- О, мой Ромео, я твоя Мелисса! Спаси меня, я умираю от своей любви к тебе! - она произнесла это так громко, что соседние столики с недоумением повернулись к нам, а наш стол взорвался громким смехом.
[1] Шекспир Ромео и Джульетта
Глава 2
Около десяти к нам в палату постучали мои родители. Папа был в хорошем расположении духа, даже можно сказать веселым. В его руках было несколько довольно больших пакетов, которые он поставил на столик, чтобы обнять меня. Мама зашла вслед за отцом и выглядела менее жизнерадостно, её грустная улыбка и тёмные круги под глазами говорили о прошлой ночи, проведенной в слезах. Она плачет почти всегда перед приездом сюда.
- Аааа, поверить не могу! Это шикарная сумка от Prada! О боже, а это вечерний клатч от Gucci? Я вас просто обожаю, мистер и миссис Мэйнер – Джиа визжала от восторга, открывая очередной пакет и распаковывая коробки, пока я разговаривала с родителями. Папа сел в кресло возле зеркала, рядом с кроватью Джиа. Я сидела с мамой напротив, на своей кровати. Моя рука была в её ладонях, она крепко сжимала её и слушала мой рассказ о вчерашней постановке врачей.
- Очень занимательно. Всё-таки хорошо, что у вас устраивают такие вечера – сказал папа, после того, как я закончила.
- Да, но они же онкобольные дети, нельзя постоянно таскать их по таким мероприятиям. Им надо больше отдыхать и не напрягаться – мама всегда была излишне беспокойна. Наши мнения часто не совпадали:
- Мы и не напрягаемся, мам. Мы так больше отдыхаем, чем просто бесполезно лёжа в постели в маленькой тусклой палате – пыталась я объяснить – мистер Уильямс хочет нас развеселить и хоть как-то разнообразить нашу серую, однообразную онкожизнь.
- Да, дорогая, с ними же врачи, они следят за ними. Я не думаю, что они пускают туда детей в тяжелом состоянии – папа подмигнул и улыбнулся мне. Он всегда был на моей стороне.
- Но рак – это есть тяжелое состояние – мама вздохнула, но всё же сдалась:
- Ладно, может ты и прав. Они же всё-таки в больнице.
Джиа закончила разворачивать подарки и присоединилась к нашей беседе:
- Расскажите, что нового происходит в мире? Где вы были, что видели? Мне жуть как интересно, что твориться за пределами этих больничных стен.
Папа принялся рассказывать про последнюю их с мамой командировку в Европу, про Outlet в Италии, про новые модели машин в Германии. Мама дополняла его рассказ деталями о непривычной, но вкусной еде, о бесцеремонных и громких итальянцах, о чопорных и правильных немцах и о прочих тонкостях зарубежной жизни.
Я слушала их истории и вспоминала дни, когда мы вместе ездили в такие поездки. Я еще училась в школе и почти каждое лето мы проводили в разъездах. Я была безумно счастлива, если мне удавалось поехать вместе с ними в командировки в Европу: попробовать баварских сосисок в Мюнхене, забраться на Эйфелеву башню, посетить музей в Вене или съесть пиццу в Риме. Командировки оплачивала компания, так что такой отдых нам обходился довольно дешево.
Как всё изменилось с тех пор. Такое чувство, что это всё было в какой-то другой жизни, очень-очень давно. Смотря на своих родителей, я вижу, как моя болезнь подкосила их. Мама всегда обладала подтянутой, спортивной фигурой. Её шикарные, черные, распущенные волосы мягко спадали на плечи и обрамляли лицо, выгодно подчёркивая голубизну её глаз. Папа – высокий статный мужчина с темными волосами и широкими плечами, тоже всегда был хорош собой и приковывал взгляды молодых девушек, что было частой причиной маминых подколов в его сторону. Они всегда излучали энергетику счастья и любви, глядя на них я чувствовала прилив сил, они были опорой для меня. Но как же всё изменилось. Мама сильно похудела, почти также как я. Её волосы больше не сияли и не завораживали своей пышнотой, они были собраны в маленький пучок или в хвост. Папа осунулся, сильно поседел и постарел, с тех пор как я заболела. Теперь, когда он улыбается, грусть не покидает его глаз. Мои родители больше не представлялись мне какими-то супергероями с волшебной аурой. Нет, они стали для меня обычными людьми, которые переживают сильный стресс, которые чувствуют себя беспомощными против болезни дочери. Я поняла насколько хрупок мир, как в миг взрослеешь и как быстро сходит вся розовая пелена детства.