— Тебе-то весело. И кстати, чем там Карп Матвеевич занимается, чтоб ему икнулось сейчас хорошенечко⁈ Девица-то весьма не прочь его ухаживаний. И вроде как ему по сердцу пришлась. Я вообще-то всерьез на него рассчитывал, что он хотя бы эту обузу с моего горизонта уберет.
— Да занят он так, что не продохнуть! Думаешь, будь у него выбор убиваться на службе или с юной прелестницей токовать, он бы службу предпочел? Очень у нас все серьезно закрутилось. У тебя и близко таких проблем нет.
— Ну да, — кивнул я. — Какие там проблемы-то? Всего лишь три идиота, которые резко вспомнили, что не договорили со мной в прошлый раз. Вот и решили подловить между парами и продолжить разговор.
— И что ты замолчал? Давай, жги, чертяка!
— Бабы успели первые, — неохотно вспомнил я этот в высшей степени позорный момент, случившийся аккурат после истории, когда я вышел из заведения с двумя нолями. — Набежали так плотно, что Кутайсов, хоть и дуболом изрядный, сообразил, как они будут выглядеть, если прервут мое общение с поклонницами. Только жестом показал: мол, ты труп, и дальше пошел со своими дружками.
— Серьезные ребята?
— Не думаю. Так, шелупонь. Обычные раздолбаи, которые ищут, к кому бы прицепиться. Ладно, надоела эта тема хуже горькой редьки. Лучше давай, рассказывай новости.
— А новости такие, что мы, похоже, лезем в очередное дерьмо. И если нас засосет, спасать будет уже некому, — дед резко посмурнел. — Помнишь, я говорил, что распутываем все буквально по ниточке, только максимум до среднего звена доходим, после чего свидетели скоропостижно отправляются на тот свет и ниточка обрывается?
— Помню, конечно же.
— С одной из ниточек нам неожиданно повезло. Видимо, сочли, что раз мы в первую же неделю расследования за нее не потянули, то уже и не будем копать в ту сторону. Ну а мы и не афишировали свой интерес. Лично разрабатывали безо всяких бумажных следов. До последнего с Карпушей держали всё в тайне даже от своих подчиненных. И таки сумели взять кой-кого понажористей и повыше рангом. Охраняют его теперь как неприкосновенный запас. Правда, это уже бессмысленно.
— Почему? — удивился я.
— Во-первых, все равно грохнут, или я ничего не понимаю в высокой политике. Или сам удавится, потому что понимает прекрасно, что ему теперь не жить просто по факту поимки.
— А во-вторых?
— А во-вторых, мы его выпотрошили до донышка. Но знаем о том только я и Карпуша. Для всех остальных легенда такова, что он рассказал не больше предыдущих заговорщиков и ничего нового нам не поведал.
— Да не томи ты уже! Как про моих однокурсниц слушать, он всегда готов уши развесить. А как о действительно важных вещах говорить, так мхатовские паузы начинаются длиной в минуты.
Игорь Семенович вздохнул, подцепил вилкой грибочек, осмотрел его со всех сторон и отправил в рот.
— И? — поторопил я его, когда с грибочком было покончено, а продолжения разговора так и не последовало.
— А я вот до сих пор не до конца уверен, что тебе имеет смысл об этом знать, — припечатал дедуля.
— А, по-моему, кто-то менжуется, — хмыкнул я. — Ты же сам высвистел меня на встречу. Даже на «Пижонов» не поскупился. Так что теперь начинается-то? Давай, жги глаголом!
Игорь Семенович еще раз вздохнул со взором, полным трагизма, и… начал жечь. Лить напалм на мой неподготовленный к тому организм.
Картинка вырисовывалась крайне занимательная. Особенно учитывая, какую роль в ней играли Иные, успевшие тихой сапой занять ключевые посты в министерствах. Причем произошла эта тихая экспансия за последние двадцать лет. То есть началось все плюс-минус с момента принятия того самого указа об объявлении менталистов вне закона. И это уже наводило на определенные мысли. Неспроста, ох, неспроста…
Опуская технические детали, Иным стало мало имеющейся у них власти, и они замахнулись на императорский трон. Зачем — а кто поймет их логику? Живут и так, как сыр в масле катаются. Не все, разумеется. Рядовые Иные, типа той же Маши, бармена или математички явно в заговор не посвящены. А вот те, кто выбился вверх, на достигнутом останавливаться не собираются. Им нужна полная власть над Империей. И они явно продолжат свои попытки поставить Императором своего человека. Иного, разумеется.
При этом они вовсю пользуются услугами особого отдела по контролю за использованием магических способностей. Парадокс? Как бы ни так! С помощью тех менталистов, которым разрешено использовать свои способности на службе во благо Империи, они де факто продвигают свою политику. За всё хорошее против всего плохого, как водится. На деле же…