Во второй раз я вновь накосячил. Нижний поток оказался слишком неустойчивым и резким, так что книжка взлетела вверх и в сторону, выйдя тем самым из зоны разрежения. Еле успел ее поймать руками, чтоб не упала.
Пока я мучил ни в чем не повинный справочник, второкурсники разобрали себе по комплекту грузов и принялись заниматься примерно тем же самым, что и я. Вилюкина обходила их по очереди, кого приободряла, кому-то что-то разъясняла. И я почувствовал легкий укол студенческой ревности, назовем это так. То есть мне она никакого задания давать не собиралась, получается? И если бы я сам сейчас не принялся осваивать методику подъема, пользуясь тем, что Ярослав дал мне основы работы с источником, то сидел бы балду пинал, впустую тратя драгоценное время?
С третьего раза книга поднялась ровно так, как я и планировал. Ровно взмыла вверх, после чего я по собственной инициативе принялся осваивать методику возвращения груза на грешную землю. Число взлетов должно равняться числу посадок, так что погнали.
В итоге и сам не заметил, как втянулся в практику. Мягко опустить предмет оказалось чуть ли не в разы сложнее, чем плавно поднять, пока я не сообразил включить что-то вроде обратной откачки поданной энергии. Была мощность на десятку, а вот уже девять, восемь, семь — и так до единицы, когда предмет под собственной тяжестью уже практически лежит в заданной точке, зависнув буквально в нескольких сантиметрах над нею.
— Осторожно! — вдруг раздался откуда-то издали испуганный окрик Агнессы Игнатьевны, и я сообразил, что прямо надо мной болтается изрядный такой бетонный кубик, самый большой из учебного набора, размерами где-то полметра на полметра на полметра.
Быстрый взгляд в сторону. Так и есть, Шафиров скалится, а по лицу пот течет рекой, из последних сил держит такую тяжесть. Ничему его жизнь не учит. Не понимаю, чего он хочет. Напугать меня? Ну, так себе аттракцион. Уронить эту хрень на меня? Так я могу и не пережить подобного, там вес под триста килограмм, не меньше.
— Не дури, — предупредил я его, Григорий фыркнул и… сам того не ожидая, потерял контроль над грузом.
У меня вся жизнь пронеслась перед глазами, буквально. Всё, что я успел сделать, нижним потоком задержать куб в воздухе еще на две секунды, за которые буквально рыбкой выпрыгнул из зоны поражения.
Приземлились мы с кубом одновременно. По крайней мере, мне так показалось. Интересный эффект получился. Я прилетел на четвереньки, и в это время почувствовал, как содрогнулась рядом земля. Бодрит!
Источник заныл, предупреждая о перегрузке. Ну да, в куб я шибанул со всей дури всем, чем только мог. Очень уж умирать не хотелось, да еще из-за чужой глупости.
— Валерьян, ты как? — Вилюкина подбежала ко мне и подала руку, чтобы помочь встать на ноги.
— Агнесса Игнатьевна, всё в порядке, — ответил я, как вдруг почувствовал головокружение и плюхнулся обратно на пол.
— Что чувствуешь? — встревоженно спросила она.
— Источник… будто горит. Перенапрягся, когда груз задержал в воздухе.
— А еще что?
— Голова… мутит меня. Аж до тошноты.
— Очень сильное перенапряжение, — скорее для себя, чем для меня заметила Вилюкина. — Жанночка! — позвала она одну из студенток. — Сбегай, пожалуйста, за медиком. Скажи, воздушнику помощь нужна, всё как обычно.
— Как обычно? — удивился я, продолжая бороться с неожиданно приключившейся укачайкой.
— Да, — кивнула она. — Ничего страшного. Редкая практика без этого обходится. Просто неожиданно, что первым пострадавшим стал именно ты. Я-то думала, ты будешь за ребятами наблюдать. А ты, оказывается, сам успел тем временем отработать методику. Вот пострел, я и не успела углядеть за тобой.
— Мне… тоже нехорошо, — признался Шафиров и опустился рядом.
Хотел я было сказать ему пару ласковых, да присмотрелся к парню и решил промолчать. Григорию пришлось куда хуже, чем мне. Из носа и ушей текла кровь, упасть в обморок при всех ему, похоже, не позволяло только чувство гордости.
— Чем ты думал, когда взял груз не по силам? — набросилась на него Вилюкина. — Я технику безопасности кому и для чего объясняла? Работаем только с тем весом, который можем контролировать. Ты же подхватил самый тяжелый блок, с которым обычно только старшекурсники экспериментируют. И вот результат! И сам надорвался, и младшего товарища едва не покалечил.
— Я… думал… справлюсь. На долю… секунды… поплыл… и вот.
— Потому что перегрузил источник! Ох, как же с вами, мальчики, тяжело! Вот девчонки пустым позерством никогда не занимаются в отличие от вас!