— Вы не дописали свой ответ. Мало провести обряд вызова духа предка. Нужно еще и грамотно из него выйти, поскольку дух, почувствовав родную кровь, может потерять контроль над собой и попытаться присосаться к вашему источнику, а то и вовсе завладеть вашим телом…
Тут мои мысли поневоле скакнули к Изюмову. Вот уж точно: «его никто не звал, он как-то сам прилип». И ведь тоже всё на родную кровь завязано…
Так, стоп, от тебя ждут ответа, вот и действуй!
— Формально вы ответили абсолютно верно, Лариса. Но некромант работает с весьма опасной стихией. И если он хотя бы на немного отпустит контроль, рискует очутиться по другую сторону барьера. Вы же, надеюсь, знаете, как нужно заканчивать сеанс подобного общения?
— Да, — кивнула девушка. — Разрушить ритуальный круг и бросить на то место, где была пролита жертвенная кровь, по горсти пепла.
— Какого именно пепла?
— В идеале из крематория. А так подойдет любая сгоревшая до подобного состояния органика.
— Верно, — вернул я ей тетрадь. — Вы молодчина. Видимо, либо перенервничали, либо отвлеклись, когда писали эту работу, иначе бы не забыли вписать протокол выхода. Думаю, впредь вы будете более внимательны.
Девушка зарумянилась, будто бы я не пожурил ее, а комплимент отвесил. А я про себя вдруг подумал, что, оказывается, соскучился по вот такому времяпрепровождению! Стою внизу у доски, общаюсь со студентами, парни меня опасаются на всякий случай, даже задирают предельно аккуратно. Девушки меж тем потихоньку начинают строить мне глазки. Черт дери, как же мне всего этого не хватало! И чего я так сопротивлялся, почему не хотел идти в Академию? Это же моё, вот на все двести процентов моё!
Меж тем обнаружился ещё один желающий поговорить о своих результатах. Филин тут же подсказал: Тимофей Семивёрстов. Один из городских, так что конструкту о нем ничего дополнительно не известно. Выглядит? Да обычно. Ростом с меня, шириной плеч чуть поболе вышел. Вообще такой крепкий паренек. И смотрит странно. На лице вроде как вежливая улыбка, а только фальшивая она насквозь. Осторожно проверяю его поверхностные мысли, чтобы ни один детектор меня не засек. Ага, вот оно что. Ему та девчушка понравилась, которая Антонина с моего курса. Хоть вроде и замяли историю, когда она меня своим парнем объявила, но кто-то, оказывается, до сих пор подозревает, что я к ней неровно дышу. Интересно, сколько нам обоим будет это еще аукаться? Эх, молодежь…
— Да, Тимофей? Какой у вас вопрос?
— У меня четверка. Но я точно знаю, что описал весь обряд именно так, как мне о нем рассказывал знающий человек. Так за что мне снизили балл?
— Судя по вашим словам, сами вы этот обряд не проводили, верно?
— Не было такой необходимости.
— Значит, либо вам не всё поведали, либо вы не всё запомнили, одно из двух.
— А вы можете посмотреть мою работу и сказать, в чем проблема?
— Разумеется! Спускайтесь.
Когда я открыл работу Тимофея, кровь ударила мне в лицо. Я из последних сил сделал вид, будто ничего особенного не происходит, даже фирменным щитом прикрылся на всякий случай. А всё потому, что парень в подробностях описал, как создавать пояс мертвых. Да-да, ту самую технику, которую князь Изюмов считал своей родовой. Не знаю в подробностях, досталась ли она ему от предков, либо это чисто его изобретение, но… откуда о ней мог узнать какой-то Тимофей? И ведь не попросишь при всех: эй, парень, ткни пальцем в того, кто тебе это рассказал, мне с ним отдельно потолковать требуется…
Глава 26
— Тот человек, который вам это рассказал, он ведь упоминал, что это секретная родовая техника?
Вот прямо интересно, каким будет ответ. От этого много чего зависит.
— Кажется, да, — без заминки сообщил Тимофей. — А что? Мне тот род какие-то претензии предъявить может? Но я эту технику не крал и не использовал.
Так, Филин, соберись! Ищем!
— Ну да. Не крали. И не использовали. Всего лишь выбрали её темой для своей самостоятельной работы. По секрету всему свету, называется. А вы знаете, чьему роду принадлежит эта техника?
— Нет.
Так, вот сейчас он совершенно точно соврал, но это и неважно. Момент истины наступает!
— Это была одна из любимых техник покойного князя Николая Алексеевича Изюмова. Вот только он из предосторожности всегда умалчивал один момент. Даже дочери любимой о том не рассказывал. А именно как можно продлить период псевдовоскрешения. Вернее, не раньше какого именно момента стоит использовать для этого жертвенную кровь, чтобы не запутать призванного духа и не провалить весь обряд. Вот и вы ничего в своей работе об этом упомянули. Подозреваю, используй вы эту технику в реальности, вполне могли бы и не преуспеть. Ведь ритуальная формула в вашей работе тоже отсутствует. Честно сказать, Эраст Карлович опять проявил снисходительность, потому что это неполное описание выше трех баллов не заслуживает. Вы понимаете, по какой причине? Видимо, ваш приятель, от которого вы про этот обряд услышали, тоже стал жертвой безудержной паранойи князя.