В и т а л и й (сдержанно). Что ты предлагаешь?
П е с к о в. Объединиться. Соединить твой мыловаренный госзавод и мою арендованную парфюмерную фабрику. (Как всегда, смотрит, какое произвел впечатление.) Ты же один не сможешь сейчас производить туалетное мыло, у тебя нет ароматических веществ. (Засмеялся.) Разве что украдешь у меня!
В и т а л и й (продолжает сохранять выдержку). На какой основе предлагаешь объединиться? На государственной… или, может, на частной?
П е с к о в. Понимаю, это, конечно, сарказм. А не хочешь выслушать меня до конца? Только, чур, не серчать, как когда-то… помнишь? (Мечтательно.) Тогда мы топтались в предбаннике новой эры… впереди туман, пар, неизвестность. Сейчас пар поотдуло, перспектива приблизилась — и вот он голубчик Нэп среди нас, румяный, здоровый, веселый детина! Так и хочется ему пожелать… (Живо обернулся к дверям.) «Гражданин Нэп, с легким паром!»
Дверь приоткрылась, показался А н а т о л и й.
А н а т о л и й (ухмыляясь). Вы меня?
П е с к о в (вдруг вскипел, без притворства). Какого черта?! Подслушивал?
А н а т о л и й. Очень надо. Вас дожидаюсь.
П е с к о в. Поезжай на фабрику и займись делом.
А н а т о л и й (недоверчиво). Без вас? Значит, ничего не изменилось?
П е с к о в. Я скоро буду. Ступай.
Анатолий выходит.
Увижу отсюда, как он пойдет через двор? (Подошел к окну.)
В и т а л и й. Раньше ты опирался на более мощные образы: океан, шторм, человечество… Нынче спустился до бани.
П е с к о в (охотно подхватил шутку). Не спустился, а поднялся! Вчера был в Сандуновских — какая прелесть! Сперва расслабляешься, потом чувствуешь прилив зверской энергии — горы готов свернуть! Сходи, сходи в баньку, рекомендую. А то сходим в субботу вместе? Скоро энергия нам понадобится в удвоенном… нет, в удесятеренном количестве!..
В и т а л и й. «Нам»?
П е с к о в (рассудительно). Да, и мне и тебе… вообще всем деятелям и движителям новой эпохи.
В и т а л и й. Хочешь сказать, борьба — кто кого! — обостряется и противоборствующим сторонам придется напрячь силенки?
П е с к о в (ясным взором смотря на Виталия). А если вопрос «кто кого» предрешен? Так не лучше ли сберечь силы для дружной работы?
В и т а л и й. То есть?
П е с к о в. Рука об руку строить государство того типа, который уже проверен многовековой практикой во всем мире… отчасти включая и наш полуторагодовой опыт на одной шестой части света…
В и т а л и й. Может, выскажешься еще прямее?
П е с к о в (простодушно). Куда же прямее-то? Сам видишь, что завтрашний… или, допустим, послезавтрашний класс-гегемон — это не обязательно пролетариат. Сегодня новая буржуазия еще благодарна властям за то, что ей развязали руки, но… уже начинает чувствовать, как жмет сапог. Завтра она захочет принять участие не в одной экономике, но и в политике… Помни, это не прежние трусливые лавочники и купцы-джентльмены со смятенной душой, вроде Саввы Морозова. Это люди без отца-матери, без роду и племени, но зато с огромным запасом авантюризма. Недаром же, считают они, большевики потеснились и дали место рядом с собой новому полезному сословию. И не случайно какой-то пролетарский поэт, пусть в шутку, но предложил Невский проспект в Петрограде переименовать в Нэпский проспект! Это ли не горькое признание новой силы?
В и т а л и й. Ты все говоришь «они», «она». Надо ли это понимать так, что себя к этой «новой силе» ты пока не причисляешь? Из осторожности или случайно?
П е с к о в. А может, я жду, что жизнь причислит к ней и тебя? (Выдержав паузу.) За один год ты сумел выказать инициативу, организаторские и инженерные способности. Спрашивается, зачем зарывать талант в землю? Знаю, ты и сегодня романтик. Тебя увлекла идея отмыть страну от грязи, голода, сыпняка. Дорогой мой, прекрасно! (Обнял Виталия.) Мы вдвоем начисто, добела вымоем и протрем одеколоном… всю матушку Советскую Россию!