– За шлюх! – воскликнула Эми так громко, что все в кафе начали оглядываться.
Я расхохоталась и тоже подняла свой стакан. Если я шлюха только потому, что посмела уйти, и только потому, что посмела принять помощь от другого мужчины, то я счастлива быть шлюхой, Дерек.
Глава 13
Поломанный человек
У отца не было моего нового номера, но я знала, что рано или поздно он раздобудет его у матери и обязательно позвонит. Так и случилось в один из промозглых вечеров, когда на часах было около девяти. Мы с Митчеллом уже закончили ужинать и теперь хотели посмотреть что-нибудь на Нетфликсе, лежа в кровати с банкой мороженого. Я ответила на звонок, хотя интуиция шептала мне просто сбросить его и сунуть телефон подальше.
– Привет, милая, – сказал отец.
– Не звони мне, – ответила я. – Мне нечего тебе сказать.
– Прошу, выслушай, – взмолился он так отчаянно, что я забеспокоилась, все ли хорошо. – Во-первых, мне жаль, что между нами все так повернулось. Во-вторых, после всего, что я наговорил тебе, даже не знаю, могу ли просить тебя об одолжении…
– В чем дело? – ответила, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Отец редко говорил со мной так доброжелательно и еще реже просил о чем-либо.
– Мама уехала в гости к Луизе, а я неважно себя чувствую. Если бы ты только могла приехать и немного побыть со мной.
Мамина сестра Луиза жила на другом конце Ирландии, в Корке, так что мама возвращаться точно сегодня не планировала. А отец меня беспокоил: у него давно были серьезные проблемы с сердцем.
– Я приеду, но хочу, чтобы ты вызвал врача тоже.
– Он уже приезжал утром. Измерил давление и температуру и сказал, что в больницу пока рано. Но я чувствую так, словно… мне немного осталось. Могу я повидать тебя, милая?
Моя тревога переросла в панику. Стало совсем не по себе.
– Буду через полчаса. Пожалуйста, вызови врача снова. У тебя что-то болит?
– Сердце, – ответил он. – Я, конечно, позвоню врачу еще раз, но хочу увидеть тебя тоже, моя милая.
Я чувствовала себя вымотанной к концу дня, но когда отец сказал, что хочет видеть меня, да еще и так ласково, я чуть не расплакалась.
– Что случилось? – спросил Митчелл, когда я закончила звонок и принялась быстро одеваться.
– Отцу нехорошо, а мама в другом графстве, в гостях. Мне нужно съездить к нему. Говорит, что хочет увидеть меня. Боже, я надеюсь, он в порядке.
– Я поеду с тобой, – сказал Митчелл и тоже стал одеваться.
– Правда? Ты смог бы? – обрадовалась я.
Дерек редко поддавался порыву и делал для меня что-то, а Митчелл баловал меня постоянно. Но я все равно не могла привыкнуть к этому. В глубине души считала, что не достойна помощи или внимания, поэтому случиться она может только по волшебству.
– Не хочу отпускать тебя одну, – объяснил он, натягивая толстовку. – Ты не против?
– Вообще-то я счастлива, – сказала я, разглядывая его и восторженно улыбаясь.
До дома моих родителей в Леопардстауне было меньше получаса езды, но из-за непогоды поездка затянулась.
Когда мы приехали, только окно кабинета и светилось, в остальных комнатах было темно. Я отперла тяжелую дверь со стеклянными витражными вставками, и мы вошли внутрь. Зажгла свет на первом этаже, показала Митчеллу гостиную и предложила ему подождать меня внизу. Если у отца с сердцем нехорошо, то Митчелла ему лучше не видеть. Митчелл не возражал, так что я повесила свой плащ на крючок и пошла наверх.
Отец много времени проводил в своем кабинете, который был весь уставлен шкафами с документами. Он часто приносил сюда дела клиентов, подолгу разбирался с ними, оставаясь там глубоко за полночь. Большой массивный стол из темного лакированного дерева стоял у окна, и еще у отца было шикарное кожаное кресло с высокой спинкой и полированными подлокотниками. Я не раз видела его сидящим в этом кресле с чашкой кофе, и в такие минуты он напоминал мне героя какого-то старого, стильного кино.
Я вошла в его кабинет и первым делом взглянула на кресло. Отец сидел в нем, развернувшись ко мне спиной, и смотрел в окно. Одна рука свесилась с подлокотника, вторая была закинула за голову.
– Привет. Как ты? – спросила я, переступая порог. – Прости, что ехала долго, там такой ливень. Почему ты не лег, если чувствуешь себя плохо?
Я поглядела в маленькое настенное зеркало, поправила волосы, снова посмотрела на кресло и потеряла дар речи.
В нем сидел не отец. Теперь оно было развернуто, и я увидела того, кого меньше всего ожидала увидеть. Ледяная дрожь пробежала по коже, будто я стояла голой под зимним дождем. Все тело одеревенело.