Вопрос был явно риторическим. Он поставил свою чашку кофе на подоконник, обнял меня и закончил:
– Ты надеялась, что все будет легко, но, как оказалось, психические травмы – это не то, что можно просто замести под коврик или отправить в слив. Будет сложно. Это не последняя ночь, когда мы будем засыпать по отдельности. Они еще повторятся – эти ночи, когда ты будешь тихо плакать, а мне будет хотеться просунуть тебе под дверь свое сердце, лишь бы ты видела, что оно по-прежнему твое… Несса… Мы обязательно разгребем это стекло. Даже голыми руками.
Я даже «спасибо» не смогла сказать. Просто стояла в его объятиях, качая в себе свою боль, боясь расплескать ее. Еще не ясно было, что со всей это болью делать и как жить дальше, однако Митчелл снова дал мне понять, что не откажется от меня после очередного провала. Что он по-прежнему хочет меня, невзирая на все мои травмы, проблемы и то постоянство, с которым я раз за разом оставляла его в постели одиноким и неудовлетворенным.
– Ну что? Завтрак, шоппинг и поиски самого нелепого подарка для старины Джуна? – снова спросил Митчелл как ни в чем не бывало.
– Аминь, – буркнула я и, глупо улыбаясь, обняла его за шею. – И бабл-чай, если можно.
В день рождения Джуна мне не удалось уйти с работы, поэтому ехать мы с Митчеллом решили туда по отдельности. Он – чуть раньше, чтобы помочь с организацией. Я – позже, когда разделаюсь со всеми делами. Девлин неожиданно заболела, и составлять гороскопы с шуточными тестами наспех пришлось мне и Эми.
– Рыбы в этом месяце получат вместо вереницы непреодолимых тягот осуществление своих потайных желаний и сокровенных мечт. Похоже на стиль Девлин? По-моему, один в один, – сказала Эми, размахивая ручкой, и заговорщицким тоном добавила: – Чего еще ты хочешь? Требуй! Фантастического богатства? Испепеляющей страсти? Фантасмагории невообразимых чудес? Твой персональный астролог к твоим услугам.
– А можно что-то простое и полезное? Безболезненных месячных или нормального секса в кои-то веки?
– Да конечно можно! Так и напишем: Рыбы в феврале наконец дождутся безболезненных месячных и в кои-то веки нормального секса! Что еще?
– Научиться носить береты и отбивать подонкам яйца.
– Принимается.
– И чтоб все шлюхи мира были счастливы.
– Аллилуйя!
Мы с Эми так увлеклись, что я совсем забыла про время. До семи оставалась четверть часа, а мне еще по городу предстояло катить.
– Беги, беги! Хорошо повеселись! – сказала мне Эми, постукивая по клавишам ноутбука. – А я тем временем, пока Девлин будет лечить цистит, подарю людям немного счастья. А когда номер уезжает в типографию, напомни?
– Послезавтра.
– Успею, значит!
Когда я вышла из офиса, уже совсем стемнело. Моя машина одиноко стояла на опустевшей парковке, и луна серебрила ей бочок. Я набрала Митчелла, сказала ему, что совсем скоро приеду, сунула телефон в карман и… тут меня позвали.
Я резко оглянулась, мгновенно сжимаясь в комок от одного тембра этого голоса. Дерек стоял на противоположном конце парковки. Его машина была там же, только я поначалу не заметила ее за массивным кроссовером Эми. Меня затрясло так сильно, что я чуть не выронила ключи. Как обезумевшая, едва не крича, я открыла дверь и прыгнула внутрь. Заблокировала дверь, завела мотор и дала себе ровно пять секунд, чтобы успокоиться. Руки тряслись так, что я не могла переключать передачи.
Дерек подошел к моей машине и склонился к окну, заглядывая внутрь. Меня и его разделяло только стекло, и почему-то все это напомнило мне передачу с канала Дискавери – ту, где аквалангисты садились в клетку и погружались в морскую пучину, чтобы понаблюдать за акулами. И людей от акул отделяла только сомнительной крепости решетка.
– Ванесса, – позвал он и постучал по стеклу.
Митчелл здорово отделал его. Синяки еще не сошли с лица – оно все еще хранило фиолетовые следы, было заостренным и почти незнакомым, как будто моя память успела частично стереть его.
Я дала задний ход, отводя глаза и больше не желая смотреть на самого опасного хищника моей жизни. Он до сих пор заставлял меня сходить с ума от страха.
– Ванесса! – с нажимом повторил он, выскакивая перед моей машиной и мешая мне проехать к выходу. Я панически сглотнула, засигналила, надеясь, что выйдет кто-то из офисных охранников и избавит меня от необходимости решать эту проблему самостоятельно. Я бы скорее села в подводную клетку и опустилась в кишащие акулами воды, чем согласилась выйти и поговорить с ним.
Дерек понял это и тогда вынул из заднего кармана сложенный вчетверо лист, перевалился через капот и прижал этот лист к стеклу.