Андрей развернулся и направился к двери, когда новая фраза Белоснежки заставила его замереть на месте.
- Останься. Пожалуйста.
Медленно обернувшись, Андрей с облегчением выдохнул: девушка не смотрела на него. Все это было лишь продолжением монолога, обращенного к кому-то невидимому, живущему в ее памяти.
Ноги Андрея по-прежнему обжигало холодом. Воровато оглянувшись по сторонам, он вернулся и осторожно присел на краешек кровати. Девушка занимала на ней так мало места, что ее это совершенно не стесняло. К тому же у нее сейчас явно были заботы поважнее.
- Папа… - снова пробормотала Белоснежка, цепляясь за одеяло.
Хотела удержать его и не дать уйти?
Андрей попытался вспомнить, как он сам вынырнул из океана видений. Кажется, это произошло в тот самый момент, когда Зоя взяла его за руку. Скорее всего, случившееся было простым совпадением, но почему бы ему не попробовать то же самое?
Девушка казалась хрупкой, как фарфоровая кукла, и дотрагиваться до нее было страшно. Андрей коснулся ее пальцев – холодные, как лед! Температура в комнате была ниже нормы градусов на пять.
Девушка снова дернулась и забормотала что-то невнятное.
Каким был тот человек, которого она звала? Старым или не очень? Добрым или злым? Андрей не знал о своей новой роли ничего. Единственное, что он мог сказать:
- Ничего не бойся. Я здесь.
Рука девушки напряглась. Что-то в голосе ее «отца» было не так (возможно – все). Даже находясь в глубоком сне, Белоснежка не верила ему.
Андрей почувствовал себя волком из сказки, которому вместо семерых козлят ему предстояло обмануть одну очень мнительную девушку. И, как назло, поблизости не было кузнеца, способного подковать ему горло.
Впрочем, существует еще один язык, одинаково звучащий во всех странах мира – язык прикосновений.
Андрей сжал ладонь Белоснежки, давая понять девушке, что она не одна. Если уж он вырвался из своих бредовых снов, то и другим это по силам.
Белоснежка больше ничего не произнесла. Постепенно ее рука расслабилась, а дыхание стало размеренным и спокойным. Пусть девушка и не пробудилась ото сна, но, по крайней мере, ее кошмары, кажется, подошли к концу. Андрей не знал, есть ли в этом его заслуга, но, наконец-то, смог успокоиться. На этом его роль медбрата была закончена – больше Андрей ничем не мог помочь Белоснежке.
Андрей выпустил руку незнакомки и на цыпочках направился к двери. На пороге он обернулся: Белоснежка по-прежнему крепко спала. Все-таки верное прозвище он ей подобрал: иначе, как злой сказкой, все происходящее вокруг и не назовешь.
- Желаю удачи! – шепотом пожелал ей Андрей. – Надеюсь, скоро ты выберешься отсюда.
Вряд ли его слова могли пробиться сквозь «успокоительный» заслон, выстроенный Калининым, но Андрею хотелось сказать хоть что-то, показать девушке, что она в клинике не одна. Пусть даже все это и было ложью. Каждому из них приходилось бороться со своими кошмарами в одиночку, и чужие ободрения – вовсе не палочка-выручалочка, а всего лишь соломинка, за которую можно ухватиться за неимением лучшего.
«Девятый этаж – кабинеты больших шишек, восьмой – палаты больных», - словно считалочку, твердил Андрей про себя, направляясь к лифту. – «Первый – охранник-Цербер. Что же расположено на других этажах? И с какого начать обход?»
Его размышления были совершенно бессмысленны, и Андрей прекрасно осознавал это. Как бы ни желал обойти все здание и заглянуть в каждый угол, на это у него пока попросту не хватило бы сил – гадкое снадобье еще не до конца выветрилось из его крови. Собственное тело казалось Андрею неповоротливым и тяжелым, словно само земное притяжение стремилось повалить новоявленного мошенника на пол. Дальние путешествия стоило на время отложить.
А вот чего Андрей по-настоящему желал, так это оказаться на свежем воздухе. Пусть Калинин и предупреждал его о запертых дверях, но попробовать вырваться стоило.
Спустившись на первый этаж, Андрей к своему удивлению обнаружил, что весь коридор погружен во тьму. Жалкие крупицы света давал лишь план эвакуации, тускло мерцающий на стене. Двери лифта за его спиной медленно закрылись, окончательно погрузив все вокруг во мрак. Неужели это все – очередная охранная система против воров, сродни бумажным досье? Пожалуй, стоило быть осторожнее - с Калинина станется установить в вестибюле медвежий капкан или еще чего похуже.