Оценив свое состояние, Андрей решил ответить предельно честно:
- Вроде бы нормально. Во всяком случае, лучше, чем вчера.
Калинин кивнул.
- Хорошо. Нужно позвать медсестру и провести осмотр. Владимир Михайлович, не желаете кофе? Сейчас здесь будет тесновато, так что Ваша семья может позавтракать у меня в кабинете.
Аристов, не отрывая взгляда от Андрея, поднялся на ноги.
- Хорошо. Артур, мы с матерью зайдем попозже.
Калинин, любезно улыбаясь, проводил его и Ромку до двери (мальчик при этом настороженно поглядывал на врача, словно чувствовал за этой улыбкой подвох) и, только когда они с Андреем остались одни, с облегчением выдохнул:
- Надо же! Еле успел!
- Куда? – поинтересовался Андрей, тоже понемногу расслабляясь. Только после ухода «отца» он осознал, что все его мышцы напряжены, словно в ожидании борьбы.
- В вашу палату. Это же не человек, а машина! К нему надо привыкнуть. Я решил, что поначалу вас не стоит оставлять с ним наедине, - Калинин упал на стул и устало потер лоб, - Ладно, с проблемами будет разбираться по мере их поступления… Адская работа. Кофе тут уже не поможет…
- А ничего более интересного нет, - ехидно продолжил Андрей. – Это же всего лишь больница.
Калинин слабо усмехнулся.
- Верно. Надо же, у Вас в самом деле превосходная память. Хотя…. С тех пор, как я произнес эти слова, кое-что изменилось.
- Да? И что же?
- Вы подписали разговор о неразглашении. А значит…
- Нет! – чересчур поспешно сказал Андрей. И решил добавить, - Боюсь, ничего интереснее Вашего «снотворного» тут не найти, а я еще от него не вполне отошел. Спасибо, конечно, но сегодня я бы предпочел что-нибудь из детского меню.
У Калинина был такой вид, словно он не может понять, шутят с ним или говорят серьезно.
- Что, овсянку?
При этом слове Андрей невольно скривился.
- Ну, не до такой степени…. Яичницу, например, или бутерброды.
- Понял, сейчас распоряжусь. А я, с вашего позволения, пока отлучусь – отправлюсь пускать Аристовым пыль в глаза. Знали бы вы, как мне надоела эта семейка! Трясутся над своим сыном, будто он невесть какое сокровище, а на деле это обычный неуправляемый подросток. Лазил по всяким подворотням в поисках приключений, и к чему это привело?
Продолжая бормотать себе под нос, Калинин покинул палату. У Андрея возникли глубокие сомнения, что он дождется свой завтрак. Голова секретаря явно была занята более серьезными проблемами, чем какие-то там бутерброды.
Андрей откинулся на подушку и хмуро уставился в потолок.
- Ну, я и влип….
В клинике снова воцарилась тишина. Никто не спешил накормить мнимого больного, и Андрею оставалось лишь терзаться муками голода, довольствуясь изъятой у охранника водой. Что ни говори, а это был самый правильный его поступок за последнее время – хоть жажда ему пока не грозит.
Браслет под подушкой слабо пискнул. Андрей, успевший позабыть о своем тайнике, вздрогнул и облил одеяло.
Эдик вызывал его на разговор.
Пару мгновений Андрей нерешительно смотрел на браслет, потом подошел к двери и запер ее на замок.
Что же, теперь можно поговорить.
- Привет! – Эдик пожал ему руку и уселся на стул. – Как жизнь? Бегаешь?
- Нет. Работы много навалилось.
- Угу… - задумчиво промычал Эдик. Похоже, он не знал, как продолжить разговор.
- Что-то случилось? – поинтересовался Андрей, встретившись взглядом с портретом Аристова, украшавшим футболку друга.
- Что? – рассеянно переспросил тот. – А, нет. Все нормально. Просто я случайно обнаружил в виртуальности одно объявление – думал, тебе будет интересно.
- Объявление? Но у меня и так много работы…
- Это не приглашение разнести форум в пух и прах! – раздраженно буркнул Эдик. - Людям есть, о чем писать и кроме этого!
- Хорошо, хорошо, - примирительным тоном сказал Андрей (он подозревал, что времени на споры у него попросту нет). – Показывай, что там у тебя.