Друзья присылали ему сообщения, но Андрей не открывал их. Если уж он превратился в Артура Аристова, то должен соответствовать своему образу. Замкнутый социопат, верно? Лучшая роль, какую только можно придумать! Хмуриться и молчать куда проще, чем отпускать бездарные шутки, пытаясь всех развеселить.
Вот только с Зоей этот номер, похоже, не пройдет. Устроившись рядом с Андреем в машине, она сразу же предприняла попытку завязать разговор.
- За все эти дни нам так и не удалось толком поговорить. О тебе, о нас…. О том, как ты хочешь провести это лето.
Андрей задумчиво уставился в потолок, заранее выискивая там ответы на возможные вопросы Зои.
Артур – геймер (двадцатый уровень в «Стрельбе на поражение», одиннадцатый – в «Битве за Марс».), гонщик (не раз угонял отцовскую машину из гаража), непослушный сын. Парень, телом пребывающий в больничной палате, а разумом – непонятно где. Какие же планы на каникулы были у него?
- Ну…. Наверное, попробую какую-нибудь свежую игрушку. Новая жизнь – новая стратегия….
Зоя неуверенно откашлялась.
- Пожалуйста, не говори ничего такого при папе. Он и без того в последнее время на нервах.
Надо же, оказывается, у Аристова есть нервы! А по виду и не скажешь. Глава «Цифры» больше походил на бездушного киборга, состоящего из микросхем и проводов. В лучшем случае – на Эдика, но у того были не нервы, а стальные тросы - в этом Андрей давно убедился.
Зоя о чем-то задумалась, глядя в окно. Видно было, что она хочет сказать нечто важное, но не знает, как лучше начать. Андрей украдкой наблюдал за ней. Матери Артура не было еще и сорока лет, а при плохом освещении она и вовсе могла сойти за старшеклассницу. Веселые морщинки вокруг глаз, непослушные растрепанные кудри – впечатление Зоя производила самое благоприятное. В отличие от своего мужа, она была… живая. Андрей никак не мог взять в толк, что же свело ее с этим роботом. Явно не деньги – это доброе лицо просто не могло принадлежать стяжательнице.
- На самом деле, - медленно произнесла Зоя. – Я хотела поговорить насчет последнего вечера.
До Андрея не сразу дошло, о чем идет речь.
- Насчет вечера? У меня его, можно сказать, и не было: дали каких-то таблеток, и все, отбой. В кроватку в восемь часов – раньше, чем в детстве.
Зоя вздохнула.
- Я не об этом. Я хотела поговорить о… другом вечере. Том, после которого ты оказался в больнице.
Андрей понял, что угодил в ловушку. Калинину удалось выяснить, что перед трагедией Артур в очередной раз поругался с отцом и ушел из дома. Суть конфликта оставалась для них тайной, покрытой мраком.
- Если честно, я ничего не помню о том дне, - пробормотал он смущенно. – Сплошной туман, будто в память вирус запустили.
Зоя широко раскрыла глаза.
- Не помнишь? – растерянно переспросила она.
- Может быть, в общих чертах… Не знаю. А что тогда случилось?
Она медленно покачала головой.
- Ничего особенного. Не волнуйся, память постепенно восстановится. Сергей Владимирович предупреждал, что для этого потребуется время.
- Но все-таки, - в душе Андрея проснулось любопытство. – Что произошло в тот вечер?
Мать Артура с нарочитой беззаботностью пожала плечами.
- Я потеряла сережку, и мы перевернули весь дом, пытаясь ее найти. Было весело, мы играли в кладоискателей…. Рома потом долго не мог уснуть, требовал продолжения.!
Зоя отводила взгляд, совсем как Марина в те редкие моменты, когда в ее душе просыпалась совесть, мешавшая девушке складно лгать. Андрей посмотрел на нее несколько мгновений и откинулся на сиденье.
- Ясно. Мам, ты не против, если я немного вздремну? От этих таблеток, которыми меня пичкают, постоянно хочется спать.
После услышанной лжи слово «мама» далось Андрею необыкновенно легко. Люди, к которым он ехал, были не семьей, а ботами, и каждый человек не жил настоящей жизнью, а просто играл свою роль. Выходит, он и в самом деле оказался на своем месте. Просто очередная сцена, не более.