Вот только длинный стол на двадцать персон – немного чересчур. Увидев этого монстра, Андрей на мгновение растерялся. Где, скажите на милость, обычно сидел Артур? по левую руку от отца или справа, рядом с Зоей? Других вариантов, к счастью, не было: сервировано было только два места. Андрей представил, как его поставили перед двадцатью свободными стульями, ожидая, когда он сделает правильный выбор. Кошмар! Напоминает лотерею, которую невозможно выиграть.
Ромка обогнал его и устроился возле Зои. Все логично – старший брат должен принять весь огонь на себя.
Настроение у Андрея упало окончательно. Усевшись за стол, он машинально схватил вилку и принялся вертеть ее в руках. Блестит, как в рекламе. Может, Аристов подрабатывает, снимая ролики о чудо-порошках и прочей ерунде? Если и так – Андрей чувствовал, что уже ничему не удивится.
Аристов-старший, дождавшись, когда все члены семьи рассядутся по местам, тоже взялся за вилку. Андрей ожидал какой-нибудь напутственной речи (от молитвы над едой до банального «приятного аппетита»), но нет: магнат не издал ни звука. Он даже не поприветствовал выздоровевшего сына, как будто его возвращение из больницы было вполне обычным делом. Только бросил на него свой фирменный непроницаемый взгляд, и все – обмен любезностями окончен.
Постепенно молчание Аристова успокоило Андрея, и он даже начал получать удовольствие от ужина. Вопреки его опасениям, на тарелке не было ни мидий, ни осьминогов, ни других экзотических продуктов, к которым страшно подступиться. Жареная картошка и курица. Вот что возвращает интерес к жизни лучше всяких таблеток и уколов. Да здравствует вредная пища!
Только немного насытившись, Андрей обратил внимание на то, что молчание, повисшее за столом, было несколько напряженным. Аристов по-прежнему ни на кого не смотрел, и разобраться в его настроении не представлялось возможным, но Зоя и Ромка, притихшие и чинно орудующие вилками, выглядели как-то неестественно. Создавалось ощущение, что под столом спрятана бомба, и все замерли в ожидании взрыва.
Который не замедлил произойти.
Браслет на руке Андрея негромко пискнул, и все подпрыгнули на стульях, будто и в самом деле ожидали, что весь дом взлетит на воздух. Зоя уронила себе на колени кусочек курицы и густо покраснела, а Аристов бросил на него такой недовольный взгляд, будто его сын совершил невесть какое святотатство. Андрей мысленно проклял и звонившего, и самого себя за то, что забыл отключить связь. Не хватало еще, чтобы «родители» обнаружили у него второй браслет и начали задавать лишние вопросы. Попробуй, объясни, с какой радости Скворцов доверил ему свой аккаунт и позволил заходить туда, как к себе домой…
Он приподнял рукав и взглянул на имя звонившего. Александр Петрович. Отложить разговор с ним было бы преступлением, а выскочить из-за стола и уйти в более укромное место, чтобы избавиться от лишних ушей – попросту опасно. Кто знает, позволены ли в этой семье подобные вольности?
Ответ был ясно написан на раздраженном лице Аристова-старшего: нет.
Александр Петрович продолжал звонить.
Андрей отодвинул стул (от противного звука, с которым его ножки проехались по паркету, Зоя съежилась еще больше) и встал.
- Извините. Я на минуту.
Выходя из комнаты, Андрей чувствовал, как все трое провожают его взглядами. В самом деле, словно на сцене. Для полного соответствия не хватает только аплодисментов. Ну или гнилых помидоров, но это уж когда как повезет.
Воровато оглядываясь по сторонам, Андрей ушел в дальний конец коридора и включил звук.
- Здравствуйте, Александр Петрович!
- Здравствуй, - в голосе соседа слышалась радость, и у Андрея сразу же отлегло от сердца. Похоже, ничего страшного не произошло. – Как дела?