В глазах Саши промелькнул огонек азарта. Она приняла вызов.
- Посмотрим. Не забывай, что на моей стороне – техника.
Андрей окинул взором древние ролики с облупившейся кое-где краской и пожал плечами.
- Знаешь, это не очень убедительный довод.
- Тогда я докажу свою правоту на деле, - Белоснежка снова устремилась в путь, даже не оборачиваясь, чтобы проверить, следует ли он за ней. Андрей усмехнулся: такой боевой настрой ему нравился гораздо больше, чем печальные вздохи.
Никому, кто встретил бы Сашу через час, не могло бы и в голову прийти, что она только-только освоила роликовые коньки. Поддразнивая Андрея, девушка выписывала на асфальте разнообразные пируэты. Ее глаза смеялись.
- Ну как, ты готов быть вторым?
- Нет. Но этого и не случится, - он принял стойку перед достопамятным корнем, чуть не повалившим Сашу на землю, и кивнул ей на место рядом с собой. – Прошу на старт.
Андрей мысленно сравнил ее с Эдиком. Тот в любой ситуации сохранял спокойствие и даже во время их совместных забегов хладнокровно просчитывал, какая тактика будет наилучшей. Саша вела себя совершенно по-другому: ни грамма серьезности, одно лишь страстное желание победить.
Андрей чувствовал то же самое и поддаваться ей не собирался.
- Три! Два! Один! Догоняй!
За те недели, что он существовал в шкуре Аристова, Андрей успел позабыть, какое это чудо – бег. Кровь, с новой силой бегущая по венам, дыхание полной грудью, ветер, взявшийся невесть откуда и приятно обдувающий лицо – контраст с той тусклой жизнью, что он вел обычно, был слишком разителен. Мимо смазанными зелеными декорациями проносились заросли сирени, но Андрей не замечал ничего вокруг себя. В этот момент в мире существовали только он, Белоснежка и финиш. И ничего более.
Саша, счастливо хохоча, обогнала его. Волосы развевались у нее за спиной подобно черному плащу. Андрею впервые пришло в голову, что ее темное обличье, скорее всего, просто маскировка, вроде зловещего образа Скворцова. Во всяком случае, в этот момент Белоснежка – дочь мрака, казалась ему намного более яркой, чем, например, Лена в своих цветастых одежках.
Финиш неумолимо приближался. Андрей набрал скорости, и теперь они с Сашей бежали вровень. Как бы хорошо он к ней не относился, но допустить победы Белоснежки не мог.
Осталось сто метров… пятьдесят… десять…
Андрей только теперь осознал, куда они несутся. Впереди была центральная улица - самая оживленная часть города. Если они вот так просто, без оглядки пересекут финишную прямую…
Разбитый вдребезги электромобиль, пустой взгляд матери, чьи-то равнодушные руки, уводящие его прочь…. Андрей слишком хорошо помнил, как это может быть.
- Стой!
- Что случи…
Саша не успела завершить свой вопрос. В попытке удержать ее Андрей обхватил девушку за талию. Несколько секунд они балансировали на месте, пытаясь удержать равновесие, но сила инерции была сильнее. Головокружительное падение (на миг Андрей испытал острейшее чувство дежа-вю – нечто подобное уже происходило в его жизни), и вот он лежит на земле с ощущением, что из него вышибли дух.
«Дикарь, самый настоящий», - подумал Андрей, жадно ловя ртом воздух. – «Отличное завершение прогулки, нечего сказать! И как объяснить Саше, с чего это я вдруг слетел с катушек?»
Со стороны Белоснежки не доносилось ни звука. Девушка сидела рядом с ним, но не двигалась и не произносила ни слова. Точно окаменела! Андрей боялся даже повернуть голову в ее сторону. Если что-нибудь себе повредила….
- Я помню!
Андрей посмотрел на Белоснежку, думая, что ослышался. При виде его ошеломленного лица девушка рассмеялась.
- Ты был прав, Артур! Это и в самом деле подействовало!
- Что ты имеешь в виду?
- Я помню эти ощущения: скорость, ветер, счастье. И вот это, - она приложила ладонь к обжигающему асфальту. – Чувствуешь тепло? Такое приятное! В моей жизни это все уже было!
Снова не то. Даже если ощущения Саши подтверждали, что в прошлом она каталась на роликах, никаких зацепок это им не давало. Доказать, что Белоснежка занималась этим вместе с Леной, было невозможно.
И все-таки…. При виде ее сияющего взгляда Андрей испытывал необъяснимую эйфорию.
По дороге на огромной скорости промчался электромобиль, из окон которого доносились грохочущая музыка и чей-то смех. Андрею эти звуки казались приглушенными, словно проникали через прижатую к голове подушку. Или, скорее, через невидимый воздушный купол, укрывший их с Сашей от всего мира, потому что, когда девушка снова заговорила, ее голос звучал ясно и четко.