Близнецы переглянулись. Малой уселся на пол по-турецки.
Из шприца, который со знанием дела сжал в пальцах Умник, в воздух вырвались брызги, и Венди пожалела, что в их виртуальной реальности нашелся реальный нашатырь. Лучше бы она потеряла сознание, не видела экрана с застывшим лицом, не помнила монстров, что рвали Питера на кусочки, не чувствовала себя игрушкой в руках этих застрявших в детстве мальчишек, забылась и проснулась дома в своей постели.
– Местная анестезия, всего один укол, – попытался успокоить Умник, заметив ее недоверчивый взгляд, а Задира уже крепко держал плечо и запястье.
Возразить Венди не успела. Умник долго не примерялся, но больно было лишь мгновение, а потом кожу и мышцы словно стянуло в тугой узел, они затвердели и исчезли, будто руки и вовсе не существовало. Венди прикрыла воспаленные веки, боясь увидеть, что последует за уколом.
– Что там у вас? – Из-за спин ребят со стороны двери послышался голос, заставивший Венди подпрыгнуть, так что игла в руках Умника чуть не воткнулась «доктору» в глаз. Питер оглянулся на экраны. – Ужас, ну и рожа у меня.
– Как? – еле шевеля губами произнесла Венди. – Как? Ты же… умер.
Если бы Задира не подпирал ее со спины, она бы, наверное, рухнула на кровать. Ее бросало и в жар и в холод одновременно, но Питер был таким же, как и около часа назад, когда монстры еще не добрались до него.
– …и восстановился в исходной точке. Геймеры называют это «реснуться», – пояснил Задира.
– Что? – вскрикнула Венди, отталкивая Умника свободной рукой и вырываясь из хватки Задиры. Правая рука не слушалась и продолжала безжизненно болтаться, зато левой, собрав все оставшиеся силы, она пихнула Питера в грудь. – Ты бесчеловечный ужасный монстр! Как ты мог? Почему не предупредил? Я думала, ты мертв! Я видела, как тебя разорвали на части!
Она кричала и размахивала левой рукой до тех пор, пока Питер не перехватил ее во время очередного удара. Он ошарашенно смотрел на Венди, будто и в самом деле не понимал, чего это она так взъелась. Мальчишки замерли возле кровати.
«Такое здесь случается».
Венди обессилела, отступила к стене и сползла на пол. Слезы хлынули потоком.
– Вообще-то, ты должен был объяснить, – тихо произнес Задира.
– Прости, я не знал, что ты… ну, не знаешь, – промямлил растерявшийся Умник, держа двумя пальцами иглу с толстой черной ниткой.
– В Вирте не умирают насовсем. Ты не знала? Никогда не играла? Офигеть… – озадаченно произнес Малой.
– Погоди, Малой, не слишком-то обнадеживай. Мы не знаем, насовсем ли умрет она в случае чего или не насовсем, – сказал Питер. – Так что лучше не рисковать.
– И все-таки Питер сегодня облажался, – хором пропели близнецы. – Питер облажался, Питер облажался!
– Все равно он круто им навалял, – заспорил с близнецами Малой. – Он ему прикладом в челюсть, а у него башка как полетит! – Мальчишка засмеялся, но, когда Венди подняла на него затуманенный взгляд, осекся.
– Питер облажался, Питер облажался! – продолжали кричать и выплясывать Боб и Доб, по очереди поднимая то правые, то левые ноги.
– Случайность, – буркнул Питер. – Или надо было позволить разорвать всех?
– О, мы бы посмотрели, – протянул Доб.
– Шоу века! – воскликнул Боб.
– Может, хватит? – попытался остановить весельчаков Задира.
– Отправь меня домой, – попросила Венди сквозь слезы.
Внутри будто бы продолжали разрываться маленькие бомбочки, после того как рванула самая большая из них.
– Нет, – сухо сказал Питер. – Твой брат должен исправить это. – Он ткнул пальцем в белый глаз, и палец погрузился в него, словно в молоко.
Венди зажала рот, понимая, что ее вот-вот вырвет.
– Дай я закончу, – сказал Умник, садясь на пол. – Пожалуйста.
Венди не стала сопротивляться, только молча уткнулась головой в колени.
Глава 9. Доброе утро
Стоило проснуться, и кошмары ушедшего дня постепенно начали оживать в памяти страшными картинками. Питер вошел без стука, держа в руках поднос.
– Кофе в постель, – сказал он на манер Задиры, но улыбнуться у него получилось слабо и натянуто.
Венди села на кровати, скрестив ноги, и кое-как пригладила волосы.
Крепкий кофе наполнил комнату ароматами и заставил живот урчать. Рядом с чашкой на подносе лежали и два здоровенных сэндвича, из которых выглядывали кусочки ветчины и сыра.
– Это настоящая еда?
– В Вирте все настоящее. Для тех, кто здесь.
– Кроме смерти? – с горькой иронией улыбнулась Венди.
– Смерть тоже настоящая, – опустив глаза, ответил Питер. – Но временная.