Венди сглотнула. Он смотрел с вызовом, а от такого Питера можно было ожидать чего угодно.
– А тебе я тоже сделал больно? – Он прищурился на секунду, а потом как-то жадно на нее уставился.
Слишком близко. Слишком мало воздуха. Мало простора. Его грудь, обтянутая футболкой, замерла на уровне ее глаз. Он дышал спокойно, а вот Венди начала пыхтеть как паровоз.
– Да. – Она вскинула подбородок, пытаясь казаться смелой, хоть голос прозвучал неуверенно. – Когда заставил целый час представлять, как тебя рвут на кусочки.
Венди обняла себя за плечи. Отчего-то ей представлялось, что этим жестом она запахивает на себе мантию-невидимку и ее никто не увидит. И что это поможет закрыться еще и от вчерашних воспоминаний. Хотя забыть то, что произошло, вряд ли когда-нибудь удастся.
Питер остолбенел. Глаза расширились. Он явно не ожидал услышать именно это. Дерзкое выражение стерлось с его лица, и ладонь съехала по стене вниз.
– Тебе было больно оттого, что я умер? – Он заторможенно заморгал и, казалось, правда, не понимал ее.
– Конечно, Питер! – вскинулась Венди. – А как иначе?
– Прости. Я… не знал, – тихо ответил он. – Ты… такая… хорошая, Венди. – Прохладные пальцы коснулись ее щеки. Она не шелохнулась, все еще надеясь, что скрыта мантией.
Он вдруг наклонился, заставив Венди прижаться затылком к стене, и его губы коснулись ее губ.
Он ее целует? Лицо Венди вспыхнуло. Дыхание перехватило.
Она не ответила на поцелуй, хотя ей и не хотелось, чтобы это закончилось.
Питер отстранился, посмотрел на Венди, но та не подняла глаз. Ее руки ослабели и сползли вдоль тела. Пальцы нащупали карманы на джинсах и уцепились за них. В животе свернулась колечком маленькая, но злобная змейка. Она шипела: «Еще!»
– Пойдем, – улыбнувшись, предложил он и повернулся к выходу из комнаты. – Покажу тебе настоящую Вирту, – донеслось уже из коридора вместе с топотом ног по лестнице.
Венди добрела до кровати и села на край. Змея, свернувшаяся в животе в плотное кольцо, недовольно зашипела.
Около дома, где ветер гонял маленькие тучки песка, толпились мальчишки. Посередине дороги в кресле сидела Динь, закинув ногу на ногу, и блестящей пилочкой точила ногти.
– Как рука? – поинтересовался Задира.
– Нормально, спасибо, – с улыбкой ответила Венди.
– Открой нам окно к дереву, Динь, – приказным тоном потребовал Питер.
Голограмма подняла на него глаза.
– Ах, вот зачем ты позвал меня. И все ради нее?
Она кивнула на Венди, и ее и без того полные губы от обиды вздулись еще сильнее.
– Твой брат слишком долго возится. Если бы Питер позволил мне решить его проблему, то был бы уже с двумя глазами.
– Это не твое дело. Просто открой окно, – не взглянув на Венди, скомандовал Питер.
Динь фыркнула и вытянула руку. В воздухе замерцало. Перед ладонью голограммы замелькали сменяющиеся образы, которые Венди не смогла толком уловить. Наконец, над дорогой замерла картинка с густым тропическим лесом.
Питер взял Венди за руку. Его ладонь была холодной.
– Кто с нами? – Повернулся он к мальчишкам.
– Я! – хором вскрикнули те и запрыгали, поднимая пыль.
Глава 11. Дерево
Венди разбежалась. Прыжок. Темнота и мерцание. И вот ее окружают изумрудные глянцевые листья незнакомого растения. В кронах деревьев-великанов поют птицы. Их яркое оперение мелькает в ветвях. Похоже, здесь недавно прошел дождь, пахнет свежестью, листва блестит, солнечные лучи играют в каплях, застывших на бархатистых лепестках.
– Как здесь красиво, – выдохнула Венди, осмотревшись.
– Смотри! – Питер взял ее за плечи и указал рукой в бурную листву, откуда доносились щебет и вскрики.
Крупная птица, похожая на попугая, расправила бело-оранжевые крылья, взмахнула ими и сорвалась с ветки.
Венди тряхнула головой и опять взглянула на птицу. Та, ритмично взмахивая крыльями, летела… хвостом вперед.
Питер засмеялся.
– Видела такое когда-нибудь?
– Нет, – ответила Венди. – Но как это?
– Все тропические птицы так летают. Недоработка программы. Проще говоря, баг. Но ты еще не видела главного, идем, – сказал Питер и потянул ее за руку, отодвигая ветки и травы, закрывающие путь.
Они вышли на круглую поляну, посередине которой росло дерево, похожее на старый дуб. Толщина его ствола была такой, что и вдвоем не обхватить.
Солнце по эту сторону портала палило сильнее. Сквозь густую лоснящуюся листву просвечивали оранжевые плоды апельсинов, синие сливы, красные яблоки и алые помидоры. Открыв рот, Венди оглянулась на Питера. Тот стоял, гордо сложив на груди руки и наблюдая за ее реакцией.