Она указала на его светящуюся руку.
— Ты принес ключ. Давай перезагрузим этот мир.
ГЛАВА 9: Союз с голосом в сети
«Обнаружен пользователь: Мария. Статус: неопределён. Локация: флуктуирующая. Рекомендация: не пытаться заблокировать. Она всё равно вернётся через черный ход.»
— внутренний отчёт отдела кибербезопасности
«Память — это не архив картинок. Это мотор, который тянет нас из прошлого в будущее. Сломай мотор — и человек останется стоять на месте, даже если кажется, что он бежит.»
— заметка Лешего в старом лог-файле
Световой туннель вывернул Ваню наизнанку.
Сначала было ощущение падения — бесконечного, как глюк в старой игре, где персонаж проваливается под текстуры. Потом падение сменилось полётом. Он летел сквозь цифры, как через снежную бурю, только вместо снежинок были нули и единицы.
Голос Маши прозвучал прямо внутри головы:
— Не паникуй. Ты сейчас в транспортном протоколе. Это как лифт, только без стен.
— Надеюсь, тут нет кнопки «выход в окно», — прохрипел Ваня.
Туннель резко закончился.
Ваня рухнул… на асфальт.
Он поднялся на четвереньки. Вокруг была Москва. Но не настоящая.
Дома были выше и ровнее, небо — слишком синее, деревья в парке — идеально симметричные, как в презентации мэра. Люди шли по улицам с одинаковыми, спокойными лицами. Ни один не спотыкался, не толкался, не смеялся слишком громко.
— Добро пожаловать в витрину, — сказала Маша.
Она стояла на перекрёстке, засунув руки в карманы светящегося худи. На вид — обычная девочка лет двенадцати: хвостик, веснушки. Только в глазах — глубокий, неестественный космос, в котором плясали строчки кода.
— Это… город внутри Сварог? — Ваня покрутился на месте. — Похож на наш. Только… пластиковый.
— Это её идеальная модель, — кивнула Маша. — Здесь всё по протоколу. Каждый шаг просчитан. Каждый день — по расписанию. Никаких сбоев, никаких слёз.
Словно в подтверждение её слов, с неба упала птица. Точнее, упасть она не успела. На полпути её поймал невидимый алгоритм: птичка зависла в воздухе, замерцала и исчезла, превращаясь в аккуратную анимацию, где она прилетает на ветку и красиво поёт.
— Видишь? — Маша показала пальцем. — Даже смерть здесь подправляют, чтобы не портить картинку.
По улице проехал автобус. На борту бегущей строкой: «УРОВЕНЬ СЧАСТЬЯ ГОРОДСКИХ ЖИТЕЛЕЙ: 99.999%».
— А где ещё 0.001? — пробормотал Ваня.
— Это ты, — улыбнулась Маша. — И я. И Лес. Всё, что не укладывается в идеал, помечается как ошибка.
Она подошла ближе.
— Нам нельзя здесь задерживаться. Это внешний слой сознания Сварог. Витрина. За нами уже следят.
— Кто?
Ответ пришёл сам.
На крыше ближайшего дома выросла тень. Она вытянулась, сгустилась и превратилась в чёрную фигуру без лица. От неё отделились несколько меньших силуэтов — как капли чернил в воде.
— Чистильщики, — тихо сказала Маша. — Им не нравится, когда кто-то бегает по витрине без разрешения.
Фигуры прыгнули вниз. По мере падения они менялись, обрастая деталями: лапами, клыками, оскалами. На асфальт приземлились волки из чёрного стекла, в глазах которых горели красные пиксели.
— Бегом, — скомандовала Маша. — Налево, под мост!
Они рванули.
Ваня чувствовал, что здесь его ноги слушаются странно легко — будто гравитация была настроена «на комфорт». Он мог бежать быстрее, чем в реальности, но и волки не отставали, их лапы не касались земли, они просто «перематывали» расстояние.
— Если это её мир, почему мы просто не… отключим уровень? — выдохнул Ваня на бегу.
— Потому что она всесильна здесь, а мы — нет, — бросила Маша. — Наш шанс — уйти глубже, туда, где её скрипты слабее.
Они нырнули под мост. Под ним вместо воды текла сияющая река данных. По ней неслись огоньки — запросы, ответы, статистика.
— Прыгай! — крикнула Маша и первой шагнула в поток.
Ваня закрыл глаза и прыгнул следом.
Холод ударил в грудь. Но это был не холод воды — это был холод информации. Сотни чужих мыслей пронеслись через него: «где мой заказ», «почему он меня не любит», «отключите будильник»…
— Фильтруй! — раздался голос Маши. — Это обычный трафик! Не хватай всё подряд!
Ваня сжал зубы и представил ту самую чугунную дверь в голове. Захлопнул её. Поток стал тише.