Гильдия в лице Бармаглота приняла подарок с благодарностью, но за несколько лет, минувших с тех пор, не нашлось ни единого человека, готового опробовать новинку в деле. Идеально подогнанные, проложенные войлоком пластины лежали ладно, как настоящая чешуя. Доспехи были функциональны, красивы и бесшумны. Так, по крайней мере, считал его создатель.
Было время, когда Кнопка не понимала пренебрежения таким роскошным подарком. Но потом ее слух заострился. Долгие тренировки в темных подвалах, прогулки по ночному лесу и привычка угадывать настроение мастера по тяжести его дыхания сотворили с Кнопкой нечто невероятное. Ясно отчего медведь Дорн так долго и неудержимо хохотал, когда она предложила ему примерить стоявшие в кабинете латы.
И все же… все же в доспехах было нечто… притягательное. Кнопка открыла шкаф и изобразила торжественный реверанс, здороваясь с пустотелым рыцарем. Пальцы коснулись гладкого металла, пробежали к локтевому сочленению, прикрытому круглой скорлупкой. Та сидела крепко и одновременно свободно. Так было надо. У этого даже было какое-то специальное название.
Кнопка перехватила рыцаря за предплечье, потянула его на себя.
– Разве что один танец, – прошептала она, пожимая стальную ладонь.
В следующий миг Кнопка едва не взвизгнула от неожиданности.
Почти неразличимый скрип рыцаревой руки слился со стуком входной двери. За стеной послышались шаги.
– А на что вы рассчитывали в шесть часов вечера? – голос Архонта, обычно глубокий и мягкий, на этот раз звенел раздражением, – Никого нет. И не будет по крайней мере до девяти. Уж вы-то, господин Мизеракль, должны бы знать.
Кнопка метнулась через комнату, дернула дверь оружейной. Потом еще, и еще раз. Лишь после третьей попытки она заметила висевший на петлях замок. Ключ! Ключ должен быть в верхнем ящике стола, он всегда был там! Кто вообще делает ящики такой глубины?! На пол полетели перья, обрывки бечевки, разломанные восковые печати и свернутые трубкой чистые листы. Ключа на месте не оказалось.
– Ах, вы надеялись, – хохотнул из-за двери Архонт, – Вам напомнить, что мы говорим о надежде, господин Мизеракль?
Если бы у Кнопки была хоть минуточка, чтобы подумать, она бы нашла свое поведение… странным. Ведь это ее обязанности, она не прокралась в этот кабинет, как какая-нибудь воровка. Но, с другой стороны, никто не знал, что она здесь, Кнопка вошла через окно. И вид у нее …
Она сгребла содержимое ящика куда-то под стол и юркнула в шкаф. В следующую секунду в кабинет вошли. Кнопка прижалась к холодному боку стального рыцаря и выпучилась в темноту. Послышался скрип половиц. Так близко, что глаза защипало от натуги.
– Душновато сегодня, не находите?.. Ну что же, проходите, садитесь. И вы тоже, ваша светлость, – Кнопка услышала, как глава гильдии придвигает к столу стоявшее у стены кресло, – Простите мне резкий тон, герцогиня, но вашему спутнику следовало посвятить вас в некоторые детали. Увы, он зря потратил время. Свое, мое и ваше.
Он сказал это, и в кабинете вдруг стало ужасно тихо. Даже из своего шкафа Кнопка чувствовала, как в воздухе разливается неловкость, и как густеет раздражение Архонта. Кто-то из гостей, должно быть, тот самый Мизеракль, начал постукивать о пол ногой. А потом произошло кое-что странное.
Хрустальный звон зародился будто бы из ниоткуда. Кнопка, привыкшая слышать сухие команды и злые окрики, не сразу сообразила, что человеческий голос может звучать так. Говорила, вне всякого сомнения, молодая женщина. Кнопка почему-то решила, что она непременно должна быть красивой, почти прозрачной и тонкой. Как льдинка.
Вусмерть хотелось глянуть на нее хоть одним глазком, но противные дверцы Кнопкиного «тайника» закрылись плотно.
– Простите. Меньше всего я хотела отвлекать вас от дел.
Кнопка ясно представила, как Архонт отметает ее сожаления галантным покачиванием головы.
– Никаких дел, ваша светлость, только формальное бдение на посту.